Школьные подружки Юн Ми
Мне как-то говорили, что все корейские актёры и айдолы — сделали себе пластику. Тогда мне было всё равно, в сей вопрос я не вникал и поэтому, в такое особо не верил. "Ну не может того быть" — думал тогда я — "чтобы во всей нации, не нашлось хоть сколько-нибудь красивых от рождения людей! Быть такого не может!" Теперь я думаю — вполне может! Нет на здешних улицах большеглазых и длинноногих анимешных красавиц. У нас есть, тут — нет! Но зато всё залеплено рекламой клиник пластической хирургии. Чуть ли не на каждом столбе и углу висит. Поэтому, я и говорю Силви, что — "ноу, ноу, нет тут ничего!".
Силви смеётся. У неё хорошее настроение.
— Юн Ми — в какой ты школе учишься? — спрашивает она, — или уже в институте?
— Я бросила школу, Силви. — отвечаю я.
— О-у! Такая умная девочка и бросила школу? Почему? — поражается она.
— Я решила стать айдолом — тянет меня на откровенность, — нужно для этого заработать денег.
— Идол? — не понимает собеседница. — Что значит в Корее — идол? Ты хочешь, чтобы на тебя молились?
— Айдол — это корейская звезда эстрады. — поясняю я. — И если на меня будут молиться, я буду не против!
Я широко улыбаюсь. Силви мне нравится. Хоть она уже и не молода, но симпатична. Не то, что местные. Пока я улыбаясь разглядывая её, Силви с удивлением смотрит на меня.
— Но, мон шер, — удивлённо говорит она, — ты ведь похожа на мальчика? Такой милый корейский Гамен! Хи-хи-хи. Ты достаточно красива для сцены?
Гамен? Кто такой этот — Гамен? Может, это местный аналог нашего французского Гавроша? Да и бог с ним! Не важно.
— Вот заработаю денег, сделаю себе операцию и буду красивой. — говорю я.
— О-у, у тебя высокая цель! — восхищается Силви. — Высокий полёт! Я буду тебе аплодировать! И много тебе ещё нужно собрать денег?
— Много, — вздыхаю я, — много…
Силви ненадолго задумывается, смотря в потолок, потом внимательно смотрит на меня.
— Я хочу купить твой автограф. — неожиданно говорит она.
Автограф? У меня? Какой у меня автограф? Хочет дать мне денег? Пожалела? Пффф… Не нужна мне жалостливая благотворительность!
— Не нужно, — хмурюсь я и отрицательно качаю головой, — я сама всё себе заработаю.
— Не обижайся, — улыбается мне Силви, видимо догадавшись, почему я нахмурился, — я хочу сделать рисковую ставку. Я люблю немножко играть в казино. Я заметила — когда хороший день и всё получается, то в такой день можно выиграть. Сегодня хороший день и у меня всё получается. Поэтому, я хочу поставить на тебя. Продай мне свой первый автограф! Он же у тебя будет первый? Продай, я куплю. Двести долларов. Ок?
Хм? Ух ты, какая шустрая! Как быстро сообразила! А ведь действительно, лет так эдак через пять, мой автограф будет стоить гораздо больше этих двухсот баксов! И никакая это не благотворительность. Нормальная сделка.
— Ок, Силви! — говорю я. — Я согласна! Что и на чём вам написать?
Силви оглядывайся по сторонам и, вынув из держателя на краю стола красочный вкладыш десертного меню, протягивает его мне.
— Вот, — говорит она, — напиши на этом. Напиши — мой самый первый автограф для Анруа Силви. И свою имя и фамилию. И сегодняшнее число.
— Ок. — киваю я и делаю так, как она просит. Фразу пишу на французском, свою фамилию и имя — иероглифами.
— Вот. — говорю я, протягивая свой первый автограф в этом мире.
— Спасибо, — отвечает мне она, передавая взамен две зелёные бумажки, — отличное вложение средств!
— Да, — киваю я, пряча деньги в карман джинс, — смотрите, только не потеряйте, мадмуазель! Через несколько лет эта рекламка будет стоить несколько тысяч долларов!
— Не потеряю! — весело смеётся в ответ Силви, с интересом разглядывая то, что я написал.
Эх, хорошо, когда деньги есть!
