— Все равно я не понимаю, — вмешался Дуайт, помогая американцу выйти из щекотливой ситуации, — как болванка размером с мандарин может так вмазать?
— Я тебе просто объясню, — ответил Тино, — 50–тонный грузовик разгоняется до 50 миль в час за счет сгорания литра топлива. Если тот же литр потратить на разгон болванки, то у нее будет та же самая энергия. По ходу, физика так устроена.
Фарли Палмерстон поднял руку, привлекая внимание меганезийца.
— Я нарисовал в общих чертах, но я торопился, и получилось очень схематично.
— Отличный рисунок, — возразил суб–лейтенант, глядя в его блокнот, — Мне все понятно.
Он вынул из кармана woki–toki и распорядился: «парни, прицел параллельно грунту, в стену на полметра вправо от левого угла коробки, огонь по готовности».
Следующие полминуты ничего не происходило, а затем, массивный раструб на стволе спиттера вдруг соединился с углом кирпичного здания толстым огненным шнуром. Еще мгновение, и по ушам ударил оглушительный грохот, а левая стена стала проваливаться вниз. Кирпичную коробку повело влево и вперед, послышался громкий хруст ломающихся перекрытий, плоская крыша раскололась пополам и провалилась внутрь, фасад треснул, частично рассыпался, и все накрыло облако рыжей пыли. Из будки на другом конце вольеры бессмысленно простучала пулеметная очередь.
Тино Кабреро удовлетворенно хмыкнул и повернулся к капитану наемников.
— Бобби, прикажи своим парням запустить десяток гранат по навесной, внутрь коробки.
Дуайт снова взял в руки рацию и через пару минут стрелки, оседлавшие каменную осыпь менее, чем в 500 метрах от здания, аккуратно «положили» внутрь руин 40–мм гранаты из подствольных гранатометов: ровно 10 штук, как в аптеке. По расчетам Тино, людей в вольере должна была защитить от взрывной волны и осколков уцелевшая правая стена здания, и этот расчет оправдался. Правда, крыша вольеры от толчков провалилась, но, поскольку она была легкой, вряд ли ее падение могло вызвать серьезные травмы. Оставалось разобраться с пулеметчиками в будке.
— Как на счет того, чтобы дать нам тоже чуть–чуть повоевать? – спросил американец.
— Надеюсь, ты не побежишь в лобовую атаку с криком «Ки–йа!»? – спросил Кабреро.
— Да нет, я спокойно пройду по мертвой зоне.
Действия лейтенанта Эрроусмита, снятые на видеокамеру, подтвердили его репутацию полного отморозка. В спокойном темпе пробежавшись около мили по дуге, он оказался слева от развороченного спиттером и гранатами здания на одной линии с будкой. Оттуда он двинулся к руинам, поднялся по обломкам фасадной стены, пробежал по уцелевшей продольной балке, по всему верху вольеры и очутился в шаге от крыши будки. Взял из кармана своей жилетки–разгрузки маленький предмет, похожий на куриное яйцо цвета хаки, аккуратно забросил его в вентиляционное отверстие, спрыгнул на землю и упал лицом вниз. Через секунду внутри будки грохнуло, а из всех щелей пополз сизый дым.
— Браво, Адам, — крикнул Кабреро.
— Дело техники, — скромно откликнулся Эрроусмит, поднимаясь и отряхиваясь. – Идите сюда, и займемся гражданскими лицами.
— Минутку, — ответил меганезийский суб–лейтенант, набрал пятизначный код на своем woki–toki и сказал корокое словосочетание: «avatea heiva» (праздничный полдень).
=======================================
71 – КИТАЙСКИЕ ГЕОЛОГИ спецназначения.
Дата/Время: 20 сентября 22 года Хартии. День.
Место: Транс–Экваториальная Африка. Мпулу.
Саут–Нгве, район сейсмических разрушений.
=======================================
— Офигеть! Никаких Гималаев не надо!.. Пума, а сфоткай нас еще вот здесь. Сейчас, мы примем какую нибудь позу… Олаф, иди сюда….
— Смотрите, не гребанитесь оттуда, — сказал Рон, с некоторым беспокойством наблюдая акробатические упражнения шведской парочки на каменном карнизе, выступающем из почти отвесной стены высотой метров 300, образовавшейся при обвале части горы Нгве.
— Мы в Норвегии, на Ютунхеймене еще и не такое устраивали! – жизнерадостно сообщил Олаф, — Правда, там у нас было снаряжение… Эх, сюда бы крюки, кошки и трос…
— Пума, мы в позе! – крикнула Фрис, довольно опасно повисая на шее Олафа.
— Готово, сфоткала, — крикнула в ответ африканка, — Давайте, слезайте.
— Ребята, идите сюда! — Заорал Керк, невидимый с их позиции, поскольку, вместе с Юн Чун, находился за неровной грядой циклопических обломков — вероятно, фрагментов бывшей вершины, обрушивхся сюда более, чем с километровой высоты.
— А что там? – спросила Пума.
— Мы с Юн открываем ювелирный магазин, — ответил военфельдшер, — Сейчас, по ходу, рекламная акция. Красивым девушкам – украшения с витрины в подарок!
— Мне тоже? – на всякий случай спросила она.
— Конечно! Рон выберет тебе розовый берилл под цвет твоего длинного языка.
— А это важно, чтобы под цвет языка?
— Не важно, главное, чтобы было красиво, — ответил Рон, наблюдая, как шведы уверенно преодолевают 10–метровый спуск, мгновенно находя на совершенно гладкой, казалось бы, стене, выступы и трещины, пригодные для зацепа.
— Ну, где вы там? – крикнула китаянка.
— Юн, не торопи ребят, — ответил Рон, — они сползают, а это дело ответственное.
