Вот даже как. Неужели моя версия не такая уж и бестолковая? Кто знает, вдруг у Карины появился такой вот дружок, у которого предки не просыхают и остальная родня за забором? А Карина по доброте душевной пригласила его или ее к себе домой. Ну а потом дружочек, даже, может, и без всякого злого умысла, навел какого-нибудь старшего братца или дядю, дважды судимого и не обремененного никакими моральными принципами, на квартиру обеспеченной подружки. А что? В практике у Кири подобный случай был. Один школьник, двенадцатилетний мальчик, подружился с другим мальчиком, у которого были богатенькие предки. У первого пацана оказался отчим, ранее судимый за грабеж. Он науськал пасынка, чтобы тот напросился в гости к своему дружку и высмотрел, что где ценного лежит. И потом, естественно, с подобным ему типом грабанул квартирку. Правда, тогда обошлось без жертв, потому что дома никого не было. Да и раскрыли быстро, так как семейку этого грабителя участковый хорошо знал, и как только выяснилось, кто был у потерпевших в гостях, воришек и повязали. Как знать, может, и в деле Карины похожий случай.
— А ее друзей или приятелей вне школы вы знали?
— Нет. Мы можем знать что-то о внеклассной жизни учеников, если они проблемные. Но о Карине я такого сказать не могу.
— Лариса Владимировна, Карине было шестнадцать. У нее был, скажем так, поклонник?
— Парень, вы хотите сказать? — улыбнулась учительница.
— Да.
— Вы знаете, Татьяна Александровна, мальчики ей оказывали знаки внимания. Все-таки Карина — девочка симпатичная. С Ромой Ключниковым из параллельного класса у нее было что-то вроде романа в прошлом учебном году. Но за это лето, как я полагаю, все сошло на нет. Ну а вне школы… — Женщина развела руками. — По крайней мере, после уроков парни ее не ждали.
— Понятно. Лариса Владимировна, а я могу поговорить с ее подругами — Таней и Катей?
— С Таней можете, она сегодня в школе. А Катя сейчас болеет. Вы знаете, она так переживала гибель подруги. Дня три, наверно, не появлялась на занятиях. А в понедельник ее мать позвонила, сказала, что девочка заболела.
— Я полагаю, мне придется побеседовать в присутствии Таниных родителей?
— Думаю, моего присутствия будет достаточно, — учительница весело подмигнула мне. — Как закончится урок, мы с вами подойдем к Тане, и вы с ней поговорите.
Лариса Владимировна полагается на мою честность? Не скрою, это приятно осознавать. Впрочем, я благодарна этой милой женщине и считаю, что с ней мне невероятно повезло. На ее месте могла оказаться какая-нибудь старая мегера, которая бы меня даже и слушать не стала.
— Спасибо вам большое, Лариса Владимировна. Вы мне очень помогли.
— Ну что вы, — улыбнулась учительница. — Это ведь мой долг.
Я посмотрела на часы. До конца урока еще оставалось немного времени.
— Если позволите, еще один небольшой вопрос.
— Да, конечно.
— Вы сказали, что Карина была совершенно не похожа на свою старшую сестру.
— Так и есть. Алену я помню хорошо. Очень замкнутая и нелюдимая девочка. Отличница. Особо ни с кем не дружила. Хотя и у нее конфликтов с одноклассниками вроде не было. Но Алена ушла, кажется, после восьмого класса.
— А почему?
— Мать перевела ее в лицей с уклоном в точные науки. У девочки были очень хорошие способности в физике, в химии, в математике.
— А Карина? Была гуманитарием?
— Сложно сказать. Она по всем предметам училась по-разному, но старалась не допускать троек. Лучше всего ей давалось что-то творческое: рисование, черчение, информатика.
— Что же на информатике может быть творческого? Или у вас ученики самостоятельно программы пишут или какие-нибудь алгоритмы, как профессиональные айтишники?
— Нет, что вы! — Лариса Владимировна рассмеялась. — Карина очень любила делать всякие презентации. Однажды даже выиграла на школьном конкурсе, который проходил у нас два года назад. Она говорила, что хочет стать или дизайнером, как ее мать, или декоратором.
Значит, Карина была творческой девочкой. Пока ее старшая сестра корпела над задачками и смешивала вещества в колбах и пробирках, младшая что-то создавала. Еще одно различие между двумя девочками из одной семьи. Воистину, чужие сестры.
В коридоре прозвенел звонок. Меньше чем через минуту коридор наполнился голосами школьников, хлынувших волнами из кабинетов.
— Пойдемте! — Лариса Владимировна встала, взяла со стола классный журнал и стопку тетрадок. — Я вас познакомлю с Таней, и вы поговорите.
— Да, спасибо. — Я подхватила сумочку и вышла вслед за учительницей.
Мы шли по коридору, стараясь не задеть бегающих мальчишек и девчонок.
— Вот Таня. — Лариса Владимировна указала на одиноко стоящую у окна ученицу.
Это была девочка с длинными русыми волосами в разноцветном полосатом свитере. Она сосредоточенно копалась в телефоне и, похоже, не замечала никого и ничего вокруг.
— Здравствуй, Таня.
Ученица резко вынырнула из виртуального пространства и испуганно-удивленно посмотрела на нас.
— Здравствуйте, Лариса Владимировна, — ответила она.
— Таня, это Татьяна Александровна, — представила меня учительница. — Она хочет с тобой поговорить насчет Карины.
