— Ну… свои вас, конечно, вряд ли похвалят — работу вы все-таки провалили. Возможно вас за этот провал и казнят, но только не за предательство.
Раймонд замер и удивленно уставился на собеседника. Князь снова вздохнул.
— Ну вот такой я дурак и завалил почти всю работу. Мои учителя точно мне настучали бы по шее за такое. В общем я ездил как парламентер к герцогу Дорну и все ему рассказал про тебя. Полагаю, он поверил, так что…
— Милорд… я… ваша светлость…
— Замолчи уж… и не вздумай благодарить… не за что. А ты… в общем проваливай. Охрана у ворот предупреждена и выпустит тебя. А герцог… не думаю, что он нарушит свое слово и удержит наших пленных дольше обычного.
Раймонд поспешно поднялся и направился к выходу, но у двери обернулся.
— И все же, милорд, почему?
— Я знаю что такое предательство. Оказывается я после него не могу спокойно наблюдать как за него казнят невиновного человека. Такое объяснение устроит?
— Милорд… спасибо. Я этого никогда не забуду. Отныне у вас нет преданней друга.
— Не зарекайся, — хмыкнул Володя. — Война ведь продолжается и мы с большой долей вероятностью снова можем встретиться по разные стороны.
— Да. Такое возможно, ваша светлость и я сделаю все возможное, чтобы выполнить поручение моего короля, но…
— Я понял, Раймонд. Спасибо. Честные противники — тоже неплохо.
Раймонд поклонился и вышел, аккуратно закрыв за собой дверь. Володя отодвинул на столе ремень с мечами и грустно констатировал:
— И все-таки я дурак.
Осторожный стук в дверь. Володя вздрогнул: интересно, кого это несет? Конрон точно стучать не будет. Роухен? Он вроде с родезцами следит за соблюдением перемирия.
— Да.
В дверь осторожно заглянул Лигур.
— Разрешите, милорд?
— Заходи. Что-то случилось?
Лигур неторопливо, но и не слишком медленно прошел к столу и сел напротив.
— Милорд, если позволите, я хотел бы обсудить с вами судьбу моих людей. Осада подходит к концу, а им была обещана свобода…
— Да. Я разговаривал недавно с Конроном на этот счет — он полностью подтвердил все прошлые обещания. Тем более ваш полк очень хорошо проявил себя. Думаю, локхерцы даже захотят пригласить вас на службу.
— Вот об этом я и хотел поговорить с вами. Видите ли, милорд, большинству из бывших рабов просто некуда идти. Что их ждет? Дома у многих просто нет, зарабатывать… ну чем они смогут заработать на жизнь? Грабежами разве только. Если же наниматься к кому-нибудь, то людей просто раскидают по разным отрядам.
— Гм… пока не понимаю, к чему вы клоните.
— Милорд, вы правильно заметили, что я раньше занимал высокое положение, и мне приходилось воевать, но и для меня в новинку те тактические приёмы и действия, которые вы внедряете. Однако нельзя не заметить, что она вполне эффективна, но вот использовать их с максимальной эффективностью может только человек, который понимает, что делает. То есть вы.
— И?
— Командовать может только тот, кто понимает возможности подразделения и умеет правильно применять их. Даже я не все понимаю во время подготовки, но догадываюсь, что все отрабатываемые приемы нужны в бою. Сражение здесь закончилось. Милорд, люди просили меня узнать о ваших дальнейших планах.
— Признаться, не задумывался пока. Хм… Я так понимаю, люди хотят сохранения полка. Проблема вот только в том, что кроме титула у меня ничего нет, а содержать такой полк стоит вполне приличных денег.
— Полк может и сам себя кормить, если подойти к делу с толком, милорд. Боевые отряды нужны многим правителям, а если они еще и имеют репутацию…
— То есть вы предлагаете заняться наемничеством и продавать мечи?
— Занятие не постыдное, милорд, если вы об этом. Очень многие из благороднейших фамилий сколачивали свои отряды и зарабатывали себе на жизнь продавая их услуги.
— Понятно…
Володя задумчиво начал постукивать пальцами по столу. Признаться откровенно — занятие наемничеством его не прельщала совершенно. Слишком хлопотно, слишком ненадежно, слишком суетливо. Да и по другой причине ему это занятие не нравилось — на Базе он обучался у многих людей, но все они были те, кого можно назвать государственниками, которые часто такую службу ставили превыше всего. Многие классные специалисты продолжали служить за копейки, хотя в коммерческих структурах могли бы зарабатывать миллионы. Волей-неволей, но такой взгляд на жизнь они передали и ему. Володя очень уважал многих из тех, у кого проходил обучение и помнил их рассказы и их отношение к наемникам. Ясно, что тут совершенно другая ситуация, но очень трудно переломить себя. Но и отказывать вот так сходу не дело — люди же доверились.
— Спасибо, Лигур, я подумаю. Такие решения сразу нельзя принимать.
— Конечно, милорд, — Лигур поднялся.
— В любом случае, я постараюсь обеспечить будущее людей.
— До свидания, милорд. Мы все будем ждать вашего решения.
