Чужая воля полностью

С трудом подавив нетерпение, Джейсон посмотрел на холст. Это был лишь первый набросок, но сюжет был ясен: один боец повержен на землю, другой стоит над ним.

– Это ты на полу.

– Без сознания на полу. – Икс еще раз коснулся кистью холста. – Это случилось впервые с тех пор, как я еще был лишь простым учеником.

Он произнес это слово намеренно небрежно, как будто речь шла о чем-то совершенно несерьезном, хотя и в роли ученика в области боевых искусств Икс уже представлял собой достаточно грозную фигуру. Еще мальчишкой в Швейцарии он в совершенстве овладел вин-чун и хапкидо́, а когда успешно вышел сухим из воды после убийства своей семьи и унаследовал несметное состояние родителей, целиком посвятил себя изучению Сётокан карате-до[47]. Он выложил целое состояние за возможность тренироваться под началом окинавского мастера Гитина Фунакоси, который первым перенес эту дисциплину из Окинавы в остальную Японию в тысяча девятьсот двадцать втором году. Икс как-то описывал эти тренировки, как нечто сродни страстям Господним. Но в тот момент эта тема Джейсона совершенно не интересовала.

– Ты что, теперь нацелился на моего брата?

Кисть замерла в дюйме от холста.

– Он крепкий парень, но всего лишь мальчишка. Он не выживет в этом месте, так что если твоя конечная цель…

– Моя конечная цель ничуть не касается твоего брата. – Икс наконец повернулся. – Меня волнуешь только ты один. Я уже достаточно четко дал это понять.

– Тогда зачем было похищать еще и соседку по квартире?

– Соседку?

– Соседку Тиры похитили. Когда я здесь, копы начнут присматриваться к моему брату. Он тоже знал этих девушек. Обеих.

Икс отложил кисть.

– А-а, так вот какую соседку… Это которая блондинка?

– Ты знаешь ее?

– Я знаю только про нее.

– Тогда это Рис.

– Почему обязательно Рис?

Но это была чушь, и Джейсон знал это.

– Мой брат в настоящий момент где-то там ищет эту соседку. Что сделает Рис, если он все-таки найдет ее?

– Рис ничего не сделает твоему брату без моего разрешения.

– Мне нужно нечто большее. Свистни в свисток. Подзови своего пса.

– Я разберусь с Рисом.

– Как? – вопросил Джейсон.

– Как с собакой, которой он и является. – Икс позволил своим губам немного скривиться. – Сётокан, может, и японская дисциплина, но зародилась-то она в Китае.

– Как это понимать?

Икс дал знак, и двое охранников подхватили Джейсона под руки.

– Погоди, Икс… – Джейсон всячески пытался остаться в камере, но они выволокли его в коридор. – Я не понимаю, что это значит!

Икс посмотрел, как он вырывается, и оставил остаток своей мысли невысказанной.

«Что китайцы никогда не боятся есть своих собак…»

После тюрьмы я практически не заговаривал со своими друзьями, пока мы не проехали половину пути до города. В машине висела напряженная тишина, полная вопросов без ответа. Наконец я произнес:

– Джейсон не хочет меня впутывать. Он не станет мне помогать.

– А ты рассказал ему про «Каретный сарай»? – Ченс сердито наклонился вперед с заднего сиденья. – Что ты уже впутался?

– Рассказал.

– И он все равно не станет помогать? Просто невероятно!

– И что дальше? – спросила Бекки.

– Я не знаю, что еще можно сделать. Джейсон больше не станет говорить со мной, а я про Тиру почти ничего не знаю – ни про ее друзей, ни где она работала… Я даже не представляю, откуда она родом. В другой ситуации можно было бы спросить у Сары…

Слова сошли на нет, потому что эта фраза говорила сама за себя. Ченс опять подался к нам, сложив свои обожженные солнцем руки на спинке переднего сиденья.

– Сары нет, чувак, и это хреново. Я даже не знал ее, и все равно это хреново. Но, может, копы теперь посмотрят на все по-другому… Может, если твой отец поднажмет…

Я посмотрел на него в зеркало заднего вида, а потом бросил взгляд на Бекки. Эта часть обещала оказаться довольно болезненной.

– По-моему, Джейсон знает, кто убил Тиру.

Я словно сказал что-то совсем уж извращенное. Лицо Ченса вытянулось. Губы Бекки раздвинулись настолько, что образовали идеальное молчаливое «О». Но чем еще о своем брате я мог поделиться? Я до сих пор видел ту тоскливую решимость в его глазах – то, что под конец казалось чернейшим видом отчаяния.

«Брата, которого ты помнишь, давно уже нет, малыш, – его убил Вьетнам, как и Роберта…»

Эта часть была слишком уж личной.

Хотя остальное из этого…

Я передал им все слово в слово: предостережение, описание того непонятного мужика – короче, все, что сказал мне Джейсон. После этого Ченс повторил мои слова, как попугай, – похоже, что в шоке: «Есть люди, которые хотят меня контролировать, – очень плохие люди, которые ради этого могут сделать с тобой все что угодно».

– Он пытается меня отпугнуть, – сказал я.

– Или защитить тебя, – отозвалась Бекки. – Хотя, я думаю, это одно и то же.

– Давайте предположим, что все это так, – вмешался Ченс. – Нам придется исходить из этого, точно? А если это и вправду так, то о ком он говорит? О каких опасных людях?

– Я знаю только то, о чем только что вам рассказал.

– Не слишком-то много, чувак.

– Бекки?

Она не спешила, с видом более задумчивым, чем у Ченса.