– Мы подошли к посёлку – их пехота по округе рыщет. Тогда мы отошли на восток и шарахнули очередями по крышам хижин, чтобы увлечь их за собой. У американцев паника. Они давай палить беспорядочно во все стороны. Потом они сбежались к вертолётам, погрузились. Вертолёты взлетели, зависли над посёлком и жахнули наугад ракетами. Я уж подумал, угробят нас, но, слава богу, обошлось. А потом вертолёты улетели прочь. Мы сюда скорее.
– Они вернутся, – сказал Зужев.
– Ясное дело. Всеми силами навалятся. Ну и пусть, а мы объект запустим и домой!
Князев не переставал улыбаться, не скрывая своей радости, ведь могло статься, что он и его бойцы могли лежать кучей пепла в выжженных напалмом предгорьях. А он живой и даже надеется вернуться в Москву.
– Да, да, домой – это замечательно, – рассеянно заметил Зужев. – Что там Шелушев долго возится?
Зужев пошёл к аварийному люку. Александра последовала за ним, а Ваня Купчик – за ней. Князев вернулся к своим бойцам.
Когда Александра и Ваня подошли к аварийному люку, он оказался открыт, никого рядом не было – Шелушев и Зужев уже вошли в самолёт. Недолго думая, Александра и Ваня полезли в прохладную темноту и оказались в грузовом отсеке. Здесь было совсем темно, свет попадал только в проём открытого люка.
Перед самыми глазами Александры вдруг что-то грохнуло, она оглохла, поняв, что прогремел пистолетный выстрел. Ваня вскрикнул и упал. Тут же люк с лязгом захлопнулся. Свет померк.
Тёплый ствол пистолета упёрся ей в висок.
– Пошли, – приказал хриплый голос, а сильная рука тисками сжала её предплечье…
– Быстрее! – Александру толкнули в спину, и она чуть не упала.
Нащупав ногой ступеньку, она шагнула, ещё и ещё, поднимаясь наверх. Ствол пистолета упирался ей между лопаток. Она ещё не успела осознать происшедшего, но в мозгу стала выстраиваться упорядоченная цепочка.
Они вышли из грузового отсека в освещённый коридор у главного входа. Александра сощурились, краем глаза разглядев озлобленное лицо Зужева. Это он стрелял в Ваню. Неужели он его убил?
– В лифт! – коротко приказал Зужев, с силой толкнув Александру в тесную кабину. Они оказались лицом к лицу, их разделял только пистолет.
Дверцы лифта сошлись и тут же раскрылись – они вышли в зал управления космическим самолётом. Шелушев колдовал над главным компьютером, шурша клавишами, вгонял курс полёта. Он оглянулся, не удивившись увиденному.
– Стой здесь! – приказал Зужев Александре, потом, передумав, подтолкнул её к стене. – Лучше тут!
Шелушев осклабился.
– Долго ещё? – хрипло спросил Зужев.
– Уже.
Александра ощутила чуть заметную дрожь аппарата, и тут же ей показалось, что земля ушла из-под ног. Она не выдержала, присела. То же сделал Зужев, грязно выругавшись.
Шелушев громко расхохотался:
– Поехали! Полёт будет приятным!
И упал, не удержавшись на ногах.
Ощущение слабости прошло, и Александре показалось, что аппарат завис, но он двигался, несясь в немыслимой высоте, среди облаков, на бешеной скорости.
– Долго лететь? – прохрипел Зужев, все еще направляя пистолет на Александру.
Шелушев поднялся на колени.
– Несколько часов.
– Нас не собьют?
– Не должны. В аппарате применены новейшие технологии. Мы незаметны для радаров.
Зужев встал, рывком поднял Александру, отстегнул её ремень с кобурой, сорвал с петель гранаты.
– Не дёргайся. Ты своё отыграла.
В грузовом отсеке раздался грохот. Зужев нервно оглянулся. Шелушев побледнел.
– Кто там?
– Не добил, видно. Сейчас посмотрю.
Александра дёрнулась, но Зужев с силой толкнул её, она упала на пол.
– Сиди смирно, сука!
Ваня жив! Она это почувствовала. Зужев погрозил ей пальцем и скрылся в кабине лифта.
Оставшись наедине с занятым компьютером Шелушевым, Александра вытащила из высокого голенища армейского ботинка нож и с силой вонзила Шелушеву под колено.
– А-а-а-а!!! – взревел Шелушев, падая на пол.
Александра вскочила, пнула его в лицо и оказалась у бортового компьютера. Взгляд прыгал по клавишам ввода. Вот вторая кнопка, её необходимо нажать семь раз подряд, и курс изменится и зафиксируется окончательно. Палец вжал кнопку раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь.
Удар в ухо опрокинул её на пол. Она врезалась в стену, вскрикнув от тупой боли.
Зужев расхохотался:
– Дура! Введённый курс не меняется! Нужен специальный код, которого ты не знаешь! И никто не знает! Он только знает! – показал он в сторону Шелушева.
– Она пырнула меня! Порвала сухожилие! – Шелушев, сжимая руками распоротую ниже колена ногу, истекал кровью.
– Ничего. Американцы залечат. Будешь с тросточкой ходить. – Зужев не двинулся с места, чтобы помочь Шелушеву. Он взглянул на часы, повертел в руках окровавленный нож Александры, подошёл к креслу пилота и уселся в него. – Хорошая машина. Эй, Шелушев, как в грузовом отсеке свет включается? Там ни черта не видно, а гад Купчик заполз куда-то. Но это не важно. Когда прилетим, там с ним разберутся.
Александра смотрела в узкий монитор бортового компьютера. Вторая цифра в коде курса была шестёрка, а должна была быть, после её нажатий, двойка. Двойка! Но её не было.
