«Капитан Гьята. Ты спас ему больше, чем жизнь, и парень собирается честно вернуть тебе долг. Сказать по правде, я тебе не завидую: у капитана чрезвычайно серьезное лицо и не менее серьезные намерения. Он собирается ждать хоть триста лет, пока сможет сделать для тебя что-нибудь равноценное. Одним словом, чем скорее ты придешь, тем больше еды тебе достанется. Отбой».
– Хороший день, Ночной Кошмар! – улыбка Мелифаро выходила за пределы его лица.
– Плохая ночь, Дневная Греза!
Какую-то долю секунды Мелифаро оторопело пялился на меня, потом с облегчением кивнул.
– Понял! А что, не худшая из шуток. Сам придумал?
– Нет, Лонли-Локли научил.
– Иди ты! – Мелифаро жизнерадостно заржал.
Мы сидели в «Обжоре Бунбе». Мой коллега ужинал после тяжелого рабочего дня, а я завтракал перед не менее тяжелой рабочей ночью. Скорее всего, мне предстояло сидеть в собственном кабинете, вдыхать головокружительные весенние запахи, нахально проникающие в казенное помещение из распахнутого окна, и заниматься дыхательной гимнастикой, которой меня действительно научил Лонли-Локли. В этой области наш неулыбчивый сэр Шурф и правда был крупным специалистом.
Начало весны – не лучший сезон для склейки разбитых сердец, так что я был не самым счастливым человеком в последнее время. Если бы Мелифаро был знаком со мной дольше полугода, он безошибочно смог бы понять это по ядовитым интонациям моих, обычно безобидных, шуточек… Грешные Магистры, а ведь действительно, еще и полугода не прошло с тех пор, как я оказался в Ехо! Я изумленно покачал головой.
– Ты чего? – полюбопытствовал Мелифаро.
– Вспомнил, сколько я тут торчу. Всего ничего получается, а…
– А сколько народу загубил! – уважительно подхватил Мелифаро. – А какие планы на будущее!
– Не без того, – хмыкнул я. – Вы все у меня еще попляшете!
– Кстати, Джуффин просил тебе передать, чтобы ты не слишком тщательно пережевывал, – отсмеявшись, сообщил Мелифаро. В его голосе чувствовалась легкая зависть.
– Он хочет испытать на мне какую-нибудь новую клизму – так, что ли? Его надежды напрасны. Мой желудок способен переварить и вовсе непрожеванные куски, – сварливо отозвался я.
Но сердце радостно екнуло. Если сэр Джуффин затеял торжественное возложение на мои плечи какой-нибудь неразрешимой проблемы… Грешные Магистры, да это же именно то, что мне требуется!
Мелифаро вздохнул.
– Он собирается с тобой секретничать. Некая страшная тайна огромными буквами начертана на челе нашего шефа. Думаю, тебе предстоит перегрызть глотки нескольким десяткам мятежных Магистров, чтобы вырвать из их преступных рук великий секрет какого-нибудь Вселенского слабительного. Подозреваю, что мне суждено всю жизнь оставаться несведущим свидетелем ваших зловещих интриг.
– Тогда я пошел. «Зловещие интриги» – это звучит слишком соблазнительно.
– Ты что, и доедать не будешь? Сгоришь ты на работе, Ночной Кошмар. А я еще попляшу на кучке твоего пепла.
– Не буду ни доедать, ни платить, – гордо сказал я, запахнувшись в теплую Мантию Смерти. – Я такой страшный, что мне все можно! Так что на твоем месте я бы не особенно рассчитывал на балетную карьеру, бедняга.
С этими словами я стремительно стартовал: наш диалог мог продолжаться бесконечно, а меня окрыляла гремучая смесь любопытства и надежды.
Сэр Джуффин Халли как раз принюхивался к содержимому кувшина с камрой. Удовлетворенно кивнул и наполнил кружку.
– Эксперимента ради изменил своим принципам. Эта камра не из «Обжоры», Макс. Заказал ее в «Толстяке на повороте». Дай, думаю, узнаю, чем это женушка нашего Луукфи на жизнь зарабатывает? Оказалось, очень неплохо. Ты уже был там когда-нибудь?
Я помотал головой.
– Это нехорошо. Непатриотично, я бы сказал. Раз уж хозяйка «Толстяка» – жена нашего коллеги, значит, мы просто обязаны… Да ты садись. Мог бы и доесть, между прочим. Что-то я тебя не узнаю. Променять еду на работу…
– Не вы один у нас любопытный, – вздохнул я. – Все-то вы обо мне знаете, Джуффин. Даже о том, что остается на дне моей тарелки – уму непостижимо!
– Не все, а только самое важное. У меня к тебе серьезный разговор, Макс. Действительно очень серьезный. Хочу озадачить тебя одной проблемой.
– Наконец-то! – с восторгом сказал я и полез в карман за свертком с окурками, которые благополучно продолжал извлекать из щели между Мирами. То есть из-под собственной подушки.
Педагогическая система сэра Мабы Калоха такова: очень много маленьких пряников и ни одного кнута. Действует безотказно. Измученный отвратительным привкусом местного табака, я целыми днями таскал сигареты с недостижимой территории собственной родины, даже не пытаясь понять, как это у меня получается.
– Я с самого начала приберегал эту задачку для тебя, – заговорил Джуфин. – Только мне казалось, что придется подождать несколько лет, дать тебе время привыкнуть к нашему Миру. Но оказалось, что ждать не нужно. Ты и так уже привык – дальше некуда.
