Чужак в чужой стране полностью

- Тогда почему у вас так много шуток о смерти? Джилл, для нас, для людей - смерть так горька, что мы должны над ней потешаться. Все религии противоречат друг другу в любом отдельно взятом пункте, но каждая из них изо всех сил пытается помочь людям сохранить мужество, чтобы они смеялись даже тогда, когда им известно, что они умирают. - Он замолчал, и Джилл почувствовала, что он снова на грани погружения в транс. - Джилл? А может быть, я стою на совершенно неверном пути? Не может ли оказаться, что каждая из религий верна?

- Что? Но как это может быть? Майк, если одна из них верна, значит, другие - ложны.

- Так? А ты можешь мне показать кратчайший путь вокруг Вселенной? Ведь в каком направлении ни показать, - расстояние будет кратчайшим… и в конце концов ты укажешь на себя!

- Ну и что это доказывает? Ты же научил меня правильному ответу, Майк: «Ты есть Бог».

- И ты есть Бог, моя любовь. Но именно этот главнейший факт, никак не зависящий от веры, может означать, что все веры верны.

- Ладно, пусть… Если они все верны, то в данную минуту мне больше всего подошел бы Шива! - Джилл переменила тему с помощью весьма действенного способа.

- Маленькая язычница! - прошептал он. - Тебя же за это выгонят из Сан-Франциско.

- А мы все равно едем в Лос-Анджелес, там на такие штуки никто внимания не обратит… Ох! Ты есть Шива!

- Танцуй, Кали, танцуй!

Ночью Джилл проснулась и увидела Майка, который стоял у окна и глядел на город.

(- Тебе плохо, брат мой?)

Он обернулся.

- Им вовсе не обязательно быть несчастными.

- Любимый, любимый! Давай лучше уедем домой. Этот город вреден для тебя.

- Я все равно буду думать о том же. Боль, болезни, голод, драки - во всем этом нет необходимости. Это еще глупее, чем те маленькие обезьянки.

- Да, мой милый! И все же это не твоя вина!

- Нет… моя…

- Ну если ты хочешь, то - да… Только ведь этот город не один. На Земле еще пять миллиардов жителей. Ты же не можешь помочь им всем.

- Не знаю.

Он подошел к кровати и сел.

- Я теперь грокк их… я могу говорить с ними. Джилл, я мог бы провести наш номер сейчас так, что олухи ржали бы до упаду. Я уверен.

- Ну так в чем же дело? Патти будет рада, да и я тоже. Я люблю цирк, а теперь, когда мы разделили с Патти воду, это все равно что вернуться в родной дом.

Он не ответил. Джилл проникла в его мозг и поняла, что он напрягает все силы, чтобы грокк. Она ждала.

- Джилл? А что надо, чтобы стать рукоположенным?

Первая смешанная партия колонистов достигла Марса; шестеро из семнадцати выживших, оставшихся от двадцати трех первых переселенцев, вернулись на Землю. Будущих колонистов тренировали в Перу на высоте шестнадцати тысяч футов. Президент Аргентины бежал как-то ночью в Монтевидео, прихватив с собой два чемодана; новый президент потребовал от Высшего Суда решения об экстрадиции старого или хотя бы его двух чемоданов. Последний молебен о душе почившей в бозе Агнес Дуглас был отслужен в Национальном кафедральном соборе в узком кругу - присутствовали всего лишь две тысячи человек; комментаторы одобрительно отозвались о мужестве, с которым Генеральный секретарь переносил свою тяжелую утрату. Трехлетка по кличке «Инфляция» с грузом в сто двадцать шесть фунтов одержала победу на Кентуккийском дерби. Двое гостей колонии Эйротель, Луисвилль, умерли во плоти - один по собственному желанию, другой - от инфаркта.

Подпольное издание неавторизованной биографии «Дьявол и преподобный Фостер» наводнило территорию Соединенных Штатов; уже к ночи все экземпляры были сожжены, набор рассыпан, наряду с этим пострадали шаттлы, недвижимость, плюс имели место увечья, побои и нападения. Шли слухи, что в Британском музее сохранился экземпляр первого издания (слухи не подтвердились), а в библиотеке Ватикана - другой (верно, но его выдавали только католическим ученым-церковникам)…

В легислатуру Теннесси был внесен билль, требовавший приравнять число «пи» к трем. Билль был разработан Комиссией по образованию и общественной морали, благополучно прошел нижнюю палату и столь же благополучно скончался в верхней. Межцерковная фундаменталистская группа открыла свой офис в Ван-Бьюрене, штат Арканзас, чтобы собрать средства для посылки миссионеров к марсианам. Доктор Харшоу сделал пожертвование, но отправил его за подписью своего друга (с приложением адреса) - редактора журнала «Новый гуманист» и отпетого атеиста.

Других поводов веселиться у Джубала не было - слишком уж много поступило новостей о Майке. Джубал дорожил приездами Майка и Джилл и очень интересовался прогрессом Майка, особенно после того, как тот сумел развить в себе чувство юмора. Но теперь они редко приезжали домой, так что Джубал был плохо осведомлен о последних событиях.