– Да, Джубал. Я грокнула, что ждание завершилось и теперь можно. Остальным братьям ждание ни к чему, а вот мы с Дон были постоянно заняты. Но когда мы грокнули приближение этого перелома, я грокнула, что после перелома наступит ждание, – и так оно и будет. Майк не воссоздаст Храм за неделю, а значит, у Верховной жрицы будет достаточно времени, чтобы неспешно создать ребенка. Ждание непременно преполняет.
Джубал извлек изо всей этой напыщенной чепухи основной факт… ну, факт там или не факт, но Джилл-то в этом уверена. Да и возможностей у нее было предостаточно. Теперь нужно за ней присматривать, а как подойдет время – тащить домой, хотя бы и на веревке. Майковы хитрые методы – это очень хорошо, но иметь под рукой современное оборудование тоже совсем не мешает. А то ведь чего с этими девицами не бывает – и родильная горячка, и все что угодно. Чтобы избавить Джилл от такого риска, можно ее и поприжать, если так не поедет.
У Джубала мелькнула мысль, а не собирается ли рожать и вторая Верховная жрица, но обсуждать этот вопрос ему как-то не хотелось.
– А где Дон? И Майк тоже – где он? Как-то у вас тут слишком тихо.
И действительно, в коридоре не было ни души, даже голосов не было слышно, но, странным образом, то, давешнее, радостное предвкушение ощущалось еще острее. Казалось бы, можно было ожидать, что после ритуала, в котором и он – сам того не зная – принял участие, напряжение спадет, однако воздух казался еще более наэлектризованным. Джубал неожиданно вспомнил, как когда-то, совсем еще маленьким мальчиком, он стоял в толпе людей, ожидавших прохождения цирковой процессии… и кто-то вдруг крикнул: «Слоны идут!»
Сейчас ему казалось, что будь он немного повыше, то смог бы рассмотреть за головами ликующей толпы огромных, мерно шагающих слонов. Только вот толпы никакой не было.
– Дон просила передать тебе поцелуй, сама она занята, освободится часа через три. И Майк тоже занят – он вернулся в транс.
– О!
– Да ты не расстраивайся, Майк ведь специально делает последний, ударный бросок, чтобы освободиться от срочных дел и спокойно с тобой поговорить и чтобы мы освободились. Дюк всю ночь прочесывал город в поисках качественных магнитофонов, которые мы используем при работе над словарем, и теперь все, пригодные для этого дела, разбрелись по своим комнатам, и Майк набивает их под завязку марсианской лексикой, вот как он кончит, тогда и пообщаетесь. Дон только что начала диктовать, а я закончила один сеанс и сразу к тебе, сказать с добрым утром, а теперь побегу назад, приму от Майка последнюю дозу, надиктую ее и освобожусь – позже, конечно, чем Дон. И вот тебе, кстати: ее поцелуй, тот, предыдущий, был от меня. – Джилл обвила руками шею Джубала, жадно впилась ему в губы и через головокружительно долгое время сказала: – Господи! Да чего же мы так долго ждали? Пока, я скоро.
В столовой было тихо и малолюдно. Дюк поднял голову, улыбнулся, помахал Джубалу рукой и вернулся к еде. Он не был похож на человека, который не спал целые сутки, – да и с чего бы? Ведь он не спал уже
Бекки Визи повела себя более экспансивно. Она радостно закричала: «Привет, старый хрен!», а затем подбежала к Джубалу и громко прошептала ему на ухо: «Я с самого начала знала – только где же ты был раньше, почему не утешил меня после смерти профессора?» И добавила вслух:
– Садись, поешь, а заодно расскажи мне о своих новейших дьявольских замыслах.
– Секундочку, Бекки, мне тут еще надо поздороваться. Привет, шкипер. Как прошел полет?
– Без приключений. Теперь это стало рутиной. Насколько я помню, ты еще не знаком с миссис ван Тромп. Дорогая, позволь тебе представить основателя всего этого цирка, единственного и неповторимого Джубала Харшоу – будь таких двое, одного пришлось бы пристрелить.
У высокой, довольно невзрачной жены капитана были спокойные глаза женщины, привыкшей к долгим бдениям на «вдовьей дорожке». Она встала и поцеловала Джубала:
– Ты еси Бог.
– Хм, ты еси Бог.
Стоило бы, наверное, и привыкнуть к этому ритуалу, перевести его на автоматику… кой черт, если повторять такое каждую секунду, можно ведь и вправду поверить… тем более – в дружеских объятиях фрау капитанши. У Джубала сложилось твердое убеждение, что по части поцелуев даже Джилл и Дон могли бы кое-чему у нее поучиться. Она – как это там выражалась Энн? – отдавала поцелую все свое внимание. Была здесь, и только здесь, и никуда не спешила.
– Думаю, Ван, – заметил Джубал, – я не должен слишком уж удивляться, что встретил тебя здесь.
– Когда постоянно летаешь на Марс, – улыбнулся капитан «Чемпиона», – поневоле приходится мал-мала освоить местную тарабарщину, а то как же общаться с туземцами?
– Для легкого, значит, трепа?
– Есть и другие аспекты. – Кусок хлеба, за которым потянулся ван Тромп, послушно прыгнул ему в руку. – Хорошая еда, хорошая компания.
– Хм. Ну да.
– Джубал, – крикнула мадам Везант, – хлебово подано.
Джубал вернулся на свое место – к яичнице с беконом, апельсиновому соку и прочим деликатесам. Бекки шаловливо похлопала его по бедру:
– Ну что, молодой и красивый, молчать будем?
