– Мила, ну я же думал, что ты мертва… Если бы я знал, что все обстоит именно таким образом, ну разве бы я посмел…
– Именно «посмел»… – её глаза зло блеснули. – Ты абсолютно точно подобрал слово, выражающее суть наших отношений: ты не смел мне изменять… не смел, потому что боялся потерять мою любовь и как следствие, мое расположение и свое положение… Ты знал, что измены я не потерплю и лишь поэтому не изменял. Не любил ты меня никогда, Шон, не любил… Это я любила и была ослеплена этим, а ты приспосабливался, играл и терпел. Ты не подумай, я не осуждаю. Больше десяти лет разницы достаточно объективная причина не испытывать любви к партнеру, а лишь изображать ее. А сейчас у тебя в этом нужда отпала. И все встало на свои места. Так что не надо больше о любви. Меня жизнь от тебя отвела, ты тоже свой выбор сделал, и давай на этом успокоимся, и не будем путать чувства с деловым общением.
– Мила, у тебя сложилось абсолютно неправильное впечатление обо мне и моих чувствах.
– Все! Неправильное, так неправильное. Оно мое и пересматривать его не собираюсь, и разговаривать на эту тему больше не хочу. Считай это моей блажью и непреложным требованием. Еще раз заведешь разговор об этом – пожалеешь. Лучше радуйся тому, что свободен от любых моих притязаний и наслаждайся независимостью.
– Я не рад этому.
– Это твои проблемы. Меня они не касаются. Тема закрыта.
– Ты не изменилась. Такая же жесткая и безапелляционная.
– Это комплимент или претензия?
– Это констатация, – тяжело вздохнул он, потом, чуть-чуть помолчав, спросил: – Я могу хотя бы попытаться доказать тебе, что ты ошибаешься? Ведь ты же ученый. Ученый обязан хотя бы выслушать мнение оппонентов и только после этого подводить окончательные итоги.
– Я не люблю демагогий.
– А если это будут факты? Ты поверишь фактам?
– Сейчас факты не на твоей стороне. Так что не надо.
– А если у меня появятся другие?
– Вот появятся, тогда и поговорим.
– Ловлю на слове. Факты ты обещала выслушать.
В это время ожил селектор и голосом Вики доложил:
– К Вам начальник отдела кадров, господин директор.
– Пусть заходит, – нажав кнопку, ответил тот и сел в кресло.
После подписания договора, директор поручил начальнику отдела кадров подготовить для неё к вечеру квартиру на территории института, после чего пошел лично проводить обратно в отдел.
Увидев их, Крис Гарнери, сидевший в коридоре блока и видимо напряженно ожидающий, чем закончиться их беседа, поспешно вскочив, ринулся навстречу:
– Ч-ч-что В-вы решили, г-г-господин директор? М-м-мила может остаться н-на должности?
– Нет, – безапелляционным тоном отрезал тот.
– В-вы н-н-неправы! Она… она пре-прекрасный специалист! Я ручаюсь за нее! Е-е-если Вы её уволите, я… я… – он начал нервно хватать ртом воздух. – Я… я тоже… меня тоже…
– Успокойтесь, Гарнери! Никто не собирается её увольнять. Я назначил Милу Вашим заместителем, и отныне именно она будет готовить отчеты и отвечать за план работы Вашего отдела и докладывать мне о результатах работы, ну и за набор сотрудников тоже она отвечать будет.
– Вы… Вы хотите увеличить ра… размер штата? – не веря своим ушам, ошарашено переспросил тот.
– Да, госпожа Честер убедила меня в необходимости введения дополнительных семи-восьми вакансий. Как только она подберет кандидатуры, я подпишу соответствующее распоряжение о переводе всех, кого она выберет, – кивнул тот, после чего, повернув голову, с улыбкой продолжил: – Вы не стесняйтесь в выборе, Мила. Отныне Ваш отдел является ведущим в институте, и я приложу максимум усилий, чтобы у Вас не было никаких сложностей. Будете чем-то недовольны, сразу напрямую ко мне. Договорились?
– Да, господин Вельд. Я благодарна Вам за проявленное понимание и предоставленную возможность продолжить перспективное исследование в более полном объеме, – её губы тронула едва заметная улыбка.
– Для Вас просто Шон, Мила. Я необычайно ценю такие неординарные личности, как Ваша, и с удовольствием постараюсь стать не столько руководителем, безусловно понимающим ценность такого специалиста, сколько другом… Поэтому прошу, постарайтесь не прибегать к официозу, и если в чем нужда, просто, как к другу, обращайтесь в любое время дня и ночи… и все, что в моих силах, будет сделано.
– Вы чрезвычайно любезны. Я учту и не премину воспользоваться, – кивнула она.
– Что ж, тогда позвольте откланяться, – он улыбнулся ей и направился к выходу из блока, но на пороге обернулся: – Гарнери, проследите, чтобы госпожа Честер ни в чем не нуждалась, и помогите ей с переездом в служебную квартиру. Ей в ближайшее время её подготовят.
После чего стремительно вышел.
– М-м-мила… Т-т-ты прям его околдовала… – проводив директора изумленным взглядом, повернулся к ней Крис.
– Как нужно понимать такой комментарий, Крис? Как намек на мою сексуальную привлекательность или иначе? – она уперлась в него тяжелым взглядом.
