Однако по мере втягивания в пролив решили все же предпринять некоторые меры предосторожности, помня о едва не случившейся позавчера аварии с крейсерами у западного побережья Готских островов. Рискнув воспользоваться притушенным фонарем, «Жемчуга» подозвали сигналом к борту флагмана и передали на него пакеты с новыми инструкциями для командовавшего американским пароходом мичмана Картавцева, а также для головных миноносцев.
Увеличив ход и начав опережать броненосные колонны, крейсер второго ранга тихой тенью миновал завесу миноносцев и приблизился к «Лизком-бей», задержавшись у его борта лишь для передачи пакета с приказом. После чего так же тихо вернулся к миноносцам головного дозора, передав и на них распоряжение флагмана, сразу уйдя влево и начав медленно оттягиваться за их корму на свое место в ордере. А эсминцы расступились, пропуская сквозь свой строй одного из собратьев, который как репетичный корабль должен был связать с эскадрой уходящего дальше вперед трофейного впередсмотрящего.
Все маневры были выполнены без единого проблеска света и в полной тишине. Пользоваться станциями беспроволочного телеграфа на передачу было категорически запрещено, хотя возле них постоянно дежурили минеры. Аппараты принимали лишь отдаленные редкие переговоры японских судов или береговых постов, причем даже не всегда кодированные. Никаких признаков тревоги не было.
Море вокруг, сколько удавалось разглядеть в темноте, казалось пустым. Зыбь заметно стихла, но все еще заметно качала корабли, особенно миноносцы, то совершенно пропадавшие из вида между гребнями волн, то вылетавшие на их вершины, стряхивая с палуб каскады воды. Впрочем, такая погода для здешних вод и этого времени года считалась тихой.
Потери транспортного тоннажа и грузов, понесенные за первую неделю после высадки русских на Цусимских островах и выхода их крейсеров на судоходные пути в Корейских проливах, а также южнее и западнее них, вынудили японскую Главную Квартиру полностью остановить переброску снабжения войскам на континенте, чтобы избежать новых потерь.
Затем судоходство между Кореей, Китаем и портами Японии возобновилось, но только в виде единичных прорвавшихся судов или редких хорошо охраняемых крупными силами флота конвоев, двигавшихся в темное время суток. Объемы перевозок резко сократились, а их стоимость наоборот возросла.
Из-за невозможности наладить полноценное снабжение базирующегося на Мозампо флота на специальном совещании при Совете Генро начальник Генерального штаба Императорского флота маршал флота Ито Сукэюки предложил даже покинуть Южную Корею и действовать опираясь только на базу Сасебо. Но начальник штаба действующего флота контр-адмирал Като, занявший эту должность еще при Того, был категорически не согласен.
Он заявил, что это будет большой ошибкой. Несмотря на близость Сасебо от Цусимы, только из Мозампо можно надежно контролировать пути подвоза из Владивостока к захваченным противником островам. Кроме того, эта позиция обеспечивает оптимальные условия для прикрытия основными силами флота всех армейских коммуникаций и патрульных линий в Корейских проливах. А русский флот, если он останется на Цусиме, можно надежно запереть там минными заграждениями.
Постоянное минирование вод, прилегающих к Цусима-зунду, вполне возможно обеспечить ночными действиями легких сил отрядов «Кокутай», формируемых в Фузане и Мозампо, прикрываемых миноносцами, истребителями и вспомогательными крейсерами. Это позволит достаточно быстро восстановить боеспособность тяжелых кораблей и держать действующую эскадру в постоянной готовности к выходу в море для решительного сражения, к которому русские теперь совершенно не готовы.
В то же время минная война неизбежно вынудит Рожественского сократить количество выходов крупных кораблей, а с немногочисленными русскими миноносцами вполне могут справиться их японские собратья, для которых время подхода для перехвата в этом случае будет минимальным. В конечном итоге русские будут вынуждены и вовсе увести свою эскадру обратно во Владивосток, так как отремонтировать броненосцы, серьезно пострадавшие после боя, возможно только там. Таким образом, база в Мозампо является жизненно необходимой для осуществления полноценной блокады Цусимских островов. А угроза для коммуникаций, ведущих в Южную Корею, лишь временная.
После недолгих сомнений Совет Генро согласился с доводами контр-адмирала Като, но потребовал от него немедленных решительных действий. Было также одобрено ускорение формирования отрядов «Кокутай» и для их вооружения и комплектования выделены средства от министерства финансов. Также выделялось все необходимое для развития береговой обороны Мозампо и Фузана и для активного минирования прилегавших к Цусиме вод.
