– Очень странно, что убийца не воспользовался душой Ферко, – нарушил тишину Карел, которого, очевидно, не оставляли мысли о случившемся. – Зачем-то же убийца забирал души Дебро, Кестежу и девушек?
– Ты не рассматриваешь вариант, что в прошлые разы убийца заметал следы? – на пробу предположил я, пытаясь понять, как много о ритуале по косвенным уликам успел понять Карел.
– Нет, Кериэль. – Киар покачал головой и в одном из проулков резко свернул в сторону.
Теперь мы шли куда-то к богатым кварталам, еще немного, и начнутся поместья родов высокой крови, в том числе и дом леди Амизи Мосфен, баронессы Нейфр, которой я продал заколку.
– Изъятие души – часть ритуала. Это было понятно уже по убийствам девушек. Я тебе на днях занесу материалы, чтобы ты лучше ориентировался. Непонятно, почему убийца резко поменял вкусы и частоту жертвоприношений. Но на душах завязано что-то очень важное.
– Хорошо, – легко согласился я и предложил другой вариант. – А если он просто не смог забрать душу Вальтера?
– Думаешь, повлиял амулет немоты? – Скепсиса в голосе Карела прозвучало больше, чем интереса.
– Не думаю. Заклинание было слабым. Если и повлияло на ход ритуала – совсем незначительно. – Я не стал притворяться дурачком. Выглядеть в глаза Карела глупее, чем есть на самом деле, мне не хотелось.
Мы остановились у опрятного двухэтажного здания кахвейни. Она действительно оказалась открыта, но пуста. Второй этаж, судя по задернутым кружевным занавескам, был жилым, и на звон колокольчиков спустилась сонная хозяйка заведения. Быстро опознав в позднем госте лорда Мертвеца, женщина засуетилась, стараясь нам угодить.
В небольшой зале перед прилавком поместились всего пять круглых столов, расставленных в шахматном порядке. Уютные карамельные и бежевые тона настроили меня на самый приятный лад. Я сел, с удовольствием вытянув уставшие ноги, и поднял взгляд к полотку. Над головами посетителей в горшках, подвешенных на прочные крюки, вовсю цвели фуксии сочных фиолетово-лиловых тонов. Их тонкий аромат приятно дополнял запах кахве и сдобы.
– Будешь что-нибудь покрепче и посытнее? – уточнил Карел, просматривая меню.
Оно, к слову, было скромным. Кахвейня специализировалась на сладкой выпечке, но я отыскал в конце списка жареный хлеб с кусочками вяленого мяса и сыра и несколько наименований вин. Взяв красное полусладкое нового урожая и тарелку с закусками, пока хозяйка готовила свежие булочки с шоколадом и молола зерна кахве, мы с Карелом вернулись к затронутой теме.
– Я предполагаю, что душа Вальтера Ферко по неясным причинам оказалась непригодна для ритуала, – сформулировал свою догадку Киар, и я мысленно дал ему десять призовых баллов. – Заметь, если отталкиваться от посмертных слов самого Ферко, убийца заранее знал об этом. Но я не могу сообразить, чем оборотень отличается от других жертв. Как думаешь, это важно?
Важнее были личность Вальтера и мой интерес. Но Карел потянул за другую нить. Взвесив все за и против, я придумал, как подсказать Киару, в каком направлении следует искать ответы, чтобы при этом самому не попасть под подозрение.
Нам принесли блюдо с закусками, пузатую бутылку и два бокала. Я тут же закинул в рот пару кусочков сыра и попробовал легкое фруктовое вино.
– Мне интересно, убитые девушки все люди, как Дебро и Кестежу? Или, может, кто-то был полукровкой?
Карел задумался.
– Все жертвы люди, полукровок среди них не было.
– Значит, Вальтер – первый нелюдь? – «сделал» я вывод и с энтузиазмом начал рассказ: – У меня есть предположение. Можешь сказать спасибо Мерджиму – без его постоянных упоминаний профессора Джакаба я бы и не вспомнил про эти исследования. Есть несколько любопытных работ, в которых рассматривается теория, что людские души отличаются от душ других рас…
Хоть Карел и сказал, что уже не использует на мне свой дар чувствовать ложь, я все равно старался следить за тем, что и как говорю. И странно, но мне и не хотелось обманывать лорда Киара. Я понимал, что не смогу рассказать ему правду, но сейчас почему-то жалел об этом.
– Даже не слышал о подобном. – Карел откинулся на стуле, так держа в руке бокал, будто забыл о вине. – То есть проблема Вальтера была в том, что он оборотень? Звучит странно.
– Думаю, если обратиться в архив или в библиотеку местного магического университета, найдется много материалов. Некоторое время назад, примерно четыре-пять столетий, у магов и ученых было очень модно исследовать души.
Я продолжил по кусочку утаскивать с тарелки сыр. Может, говорить с набитым ртом было и не очень прилично, но от ужина в компании Генты остались одни воспоминания.
– Тот же любимый Мерджимом профессор Барнабас Джакаб бежал из Старого Света вовсе не из-за одних теорий о формировании магических ядер. У него вышло несколько сомнительных работ, затрагивающих тему душ, и у святой инквизиции появились вопросы о гуманности способов получения информации для этих исследований. Но, насколько я знаю, никто далеко в своих теориях не продвинулся. Понять суть души, очевидно, дозволено лишь Триединому.
