Сначала я решил вернуться к вышивке, но сосредоточиться на работе не получилось. Походив по комнате, сел на кровать и придвинул футляр. Он был сделан специально для меня, как и все, что лежало внутри. Каждый такой набор уникален и настроен исключительно на одного хозяина. В чужих руках инструменты теряют свои свойства и становятся обычными железками. Я вспомнил, сколько пришлось выжать из себя крови, чтобы привязать бездушный металл. Это был действительно волнительный момент. Кузина, заменившая мне родителей, лично отвела меня к мастеру и подождала, пока он проведет основные замеры. Я же, украдкой вытирая о штаны потеющие ладони, пытался убедить себя, что привыкну и научусь пользоваться своим набором так же, как и все эльфы, в ком пробуждался подобный дар.
Для нас это было естественным порядком вещей.
Старейшины даже употребляли слово «правильно».
Но почему-то никто не предупреждал, что, попробовав один раз, уже не сможешь остановиться. И заученный алгоритм станет приносить больше наслаждения, чем все услады мира…
Правда, со мной почему-то так не сработало. Удовольствие тоже было, увы. Но куда сильнее во мне оказалось отвращение.
Отщелкнув замочек, я залюбовался инструментами.
В ладони кольнуло. Я поморщился и только спустя мгновение понял, что сработала шпинель. Так скоро? Спешно захлопнув футляр, я подхватился с места. За окном было так черно, будто луна взяла сегодня выходной. Внизу еще играла музыка, и кто-то громко и немелодично пел.
Я выскочил из комнаты как раз вовремя – заклинание слежения улетело в спину мужчине, а в следующий момент он скрылся на лестнице, даже не повернувшись на звук открывшейся двери. Теперь не уйдешь, сволочь! Подобрав бусину и сунув ее в карман, я тихо-тихо заглянул к Фаби. Девушка лежала на кровати, подтянув колени к животу, и плакала. В комнате висел густой запах крови, но своим даром я чувствовал, что жизни блудницы ничего не угрожает. Кровотечение скоро остановится само… Конечно, оставлять Фаби в таком виде было неэтично, но я вылечу ее утром. А сейчас у меня, будто подарок свыше, впереди осталась половина ночи, чтобы осуществить свой план.
Накинув на девушку заклинание сна, я поспешил вниз.
Мне нужен был свидетель, который потом подтвердит, что лорд Дебро вышел из стен «Женского дома» живым и невредимым. Если заметят девочки – плохо, они тут же побегут проверять Фаби, а потом попробуют разбудить меня. А вот кто-то из клиентов – отлично. Перепрыгивая через три ступеньки, я едва ли не кубарем выкатился с лестницы и активировал невидимость. Блудниц в зале почти не осталось. Видимо, все уже разошлись по комнатам с клиентами. Фигуристую рыжую девицу, имя которой я не успел узнать, крутили в танце. Еще несколько мужчин выпивали за столом, на коленях одного из них сидела Альда. Но глаз на затылке у нее, как и полагалось человеку, не имелось.
Козмы за баром также не нашлось, только лицом в стойку рядом с опустевшей бутылкой виски посапывал господин не самого благонадежного вида.
Нар тихо беседовал с Костанцо у входа.
Этим и воспользовался Дебро, почти проскользнув в кухню.
Я вовремя отправил ему вслед небольшую волну воздуха. Мерзавец споткнулся, едва не сбив со стула задремавшего господина. К счастью, на эту возню никто не обратил внимания. Мужчина встрепенулся и поднял на Дебро мутный взгляд.
– А, это ты, Ачиль, – пьяница расплылся в ехидной улыбке, – что-то быстро. Ослаб?
Дебро в ответ пожелал ему… э-э, не буду это повторять. Я вроде и не маленький, но уши у меня ощутимо загорелись.
Мужчина быстрым шагом удалялся вверх по улице, и мне пришлось догонять его чуть ли не бегом. Один раз я едва не потерял Дебро из вида, когда он свернул в узкий проулок – помогло заклинание слежения. Лорда не ждал экипаж, и этот факт внушал мне некоторую надежду, что идти придется недолго. Я рассчитывал под невидимостью проникнуть за человеком в его дом, а не делать все на скорую руку в подворотне.
Ночные улицы города, к моему удивлению, вовсе не были пустынны. Они жили своей интересной жизнью, причем вовсе не криминальной, как я подумал, исходя из опыта, пережитого в Старом Свете. Я мельком заметил открытые рестораны, в которых сидели посетители. Около игорного дома несколько господ курили ужасно вонючие сигары – я едва не выдал себя, когда, глотнув дыма, закашлялся. Хорошо, в этот момент кто-то из посетителей рассказал шутку, и остальные разразились громким смехом.
Когда амулет невидимости начал тихо потрескивать, оповещая, что магия в камне заканчивается, а я – озираться по сторонам, думая, куда утащу тело лорда, Дебро наконец-то остановился у солидного частного дома.
Дверь распахнулась перед ним, и на пороге возник вышколенный слуга, до того прилизанный и аккуратный, что ему только не хватало на груди таблички с уточнением, в каком именно поколении он потомственный дворецкий.
– Я как раз развел огонь в камине и сварил кахве, милорд. Прошу вас… – Слуга посторонился, склонившись в почтительном поклоне.
Этим я и воспользовался, проскользнув в дом под самым носом дворецкого и едва не наступив на пятки Дебро.
