– Подашь через пять минут. И до утра чтобы не тревожил меня! – приказал лорд, и я внутренне возликовал.
Человек, сам того не зная, дал мне достаточно времени.
Утром его уже вряд ли сможет потревожить хоть что-то…
Я прокрался за Дебро в гостиную, встав в дальнем углу и почти полностью скрывшись в тени, и принялся наблюдать, как человек отшвырнул в сторону тяжелый плащ, расстегнул темно-серый сюртук, ослабил узел шелкового платка и замер перед камином, будто зачарованный движением пламени.
Сейчас, рассматривая человека, я с любопытством отметил: не зная, на что способен этот мужчина, ни за что не догадаешься, какие извращенные действия доставляют ему удовольствие. Лорд был невысок, но при этом сложен гармонично, не отличаясь ни грузностью, ни худобой. Лет Дебро было около сорока, для мужчины его положения – самый расцвет сил.
Слуга внес в гостиную на подносе стеклянный чайник и небольшую фарфоровую чашку. По комнате поплыл умопомрачительный запах кахве и корицы.
– Ступай отдыхать, Вико, – приказал лорд.
– Благодарю. Доброй ночи, милорд. – Вико подобрал с пола плащ и удалился, прикрыв за собой массивные двери гостиной.
Я подобрался к мужчине вплотную и, прикоснувшись к затылку, погрузил Дебро в сон. Поддержав обмякшее тело, усадил его в кресло – пока буду готовиться к ритуалу, пусть со стороны кажется, что лорд просто задремал у камина. Перед тем как приступить к основной части, человека все равно придется привести в чувство.
Но, прежде чем заняться делом, я не удержался: налил в чашку кахве и пригубил напиток. Все-таки человеческая фантазия не знает границ – придумали же такое! А послевкусие с нотками корицы и вовсе заставило пересмотреть рейтинг вещей, доставляющих мне наслаждение.
Подготовительный этап у ритуала был прост и быстр. При должной практике, разумеется. У меня таковой имелось предостаточно, даже слишком. Поэтому действовал я привычно, на рефлексах, давно отточив каждую стадию.
В черном бархатном мешочке на дне футляра лежало несколько маленьких, диаметром не больше сантиметра, лепешек ханки – застывшего сока маковых коробочек. Отломив небольшую часть одной из них, я покрутил головой, но единственной подходящей емкостью в комнате была чашка с кахве. Что ж, сочетание получится необычным, но так даже интереснее. Бросив ханку в остатки напитка, я магией нагрел жидкость, пока от кахве не потянуло резким запахом. Этим действием я вовсе не желал сбить следствие с толку или исказить картину преступления, изобразив смерть Дебро как результат передозировки. Для ритуала было очень важно, чтобы сознание жертвы одурманилось. И лучше всего для этого подходил маковый сок. Достав многоразовый шприц, я набрал в него получившееся подобие опия и, не примериваясь, вколол наркотик. Попадать точно в вену сейчас не требовалось.
Что ж, теперь можно приступить к главному.
Убедившись, что в доме по-прежнему тихо и никто не собирается проведать лорда Дебро, я переложил человека на пол у камина – ритуал, кроме всего прочего, требовал, чтобы жертва располагалась горизонтально. Дальше я достал из футляра три иглы с посеребренными концами. В наборе их лежало шесть, но оставшиеся были запасными. В неровном свете камина полюбовался едва различимой вязью рун, покрывающих острия. Вот теперь примеривался я медленно и внимательно. Основную иглу вбил в горло человека чуть выше кадыка, две оставшиеся – в уголки глаз. Самым сложным было научиться правильно, вплоть до миллиметра, соблюдать глубину проколов и попадать в нужные нервные окончания. Чуть промажешь или не рассчитаешь силу – вместо подготовленной жертвы получишь бесполезный труп. Я не стану рассказывать, сколько ошибок такие, как мы, допускаем во время обучения, пока не достигнем ювелирной точности. Следующим из футляра я достал маленькое зеркало и, склонившись над мужчиной, поменял заклинание сна на паралич.
Лорд Дебро был еще жив. Он захрипел, с ужасом уставившись на меня, но оказался не в силах ни закричать, ни дернуться.
– Девочки тебя ведь просили не делать им больно, – вкрадчиво напомнил я любителю острых ощущений, – и уверяю, если бы ты не был таким подонком, может, я бы не обратил на тебя внимания. А теперь давай посмотрим, есть ли у тебя душа.
Приблизив зеркало к глазам лорда, я наклонился низко-низко к лицу человека, ощущая его дыхание и страх.
Ну же, покажись. Я все равно тебя найду…
Глаза не зря называют зеркалом души, именно через них можно ее заметить и, одурманенную наркотиком, поймать в ловушку. Чуть повернув зеркало вбок, я заметил в отражении серебристый отблеск. Попалась! Я начал медленно поднимать зеркало, а за ним потянулась мерцающая нить.
– И зачем только Триединый наградил вас душами, – проворчал я, – чем больше узнаю людей, тем больше убеждаюсь, что вы этого недостойны.
