– Начнем с простого – давай руку. – Крепко сжав тонкие пальцы Козмы, я перелил в нее хорошую порцию целительной магии. Даже заклинания никакого не потребовалось. Сила растеклась по телу женщины, подлатывая пробитые болезнью бреши и укрепляя расшатанное здоровье. И сразу же с рук блудницы исчезли пятна сыпи, будто их просто стерли большим ластиком.
– Это чудо… – пролепетала она.
Я вовремя заметил, что в ее глазах появились крупные слезы, и поспешил спустить блудницу с небес на землю.
– Не обольщайся. Эффект временный. Болезнь еще внутри, и выводить ее придется не один день. – Я почесал в затылке, сообразив, что разбираться нужно не только со следствием, но и с причиной. – Та-ак, а клиенты у тебя тоже своеобразные?
Смысл лечить женщину, если ее тут же опять заразят?
Ох, и получу я за свою доброту по голове рано или поздно!
Козма отвела взгляд.
– Да, они поэтому ко мне и ходят, им ведь тоже надо, – пробормотала она.
– Много? – Я очень боялся услышать двузначное число.
– Трое.
Слава Триединому! Наверное, из-за того, что постоянных клиентов у нее мало и вряд ли они ходят в «Женский дом» регулярно, Козма и стоит за баром. Главное, чтобы она внимательно следила за чистотой бокалов!
– Можешь им сказать, что есть целитель, готовый помочь разобраться с бедой? Но не бесплатно, разумеется. Если деньги есть – побеседую с ними. Нет – пусть ищут другие бордели. Но вредить моей работе я не позволю.
При упоминании денег Козма вздрогнула.
– А сколько?..
Сам не знаю. Но просто так помогать незнакомым людям я не собираюсь. Надо же и корысть иногда тешить. И деньги мне пригодятся.
– Тебя это волновать не должно, – улыбнулся Козме. – Я уже сказал Костанцо и могу повторить: вас я лечу за обычное спасибо и проживание в семнадцатом номере. Но только вас. Поняла?
Блудница кивнула.
– Отлично. Сегодня-завтра тебя полечит магия. А мне нужно подготовить специальный настой. – Наглая ложь, на самом деле мне нужно найти человека, чью жизнь я обменяю на здоровье Козмы. Но перед этим придется изобразить хоть какую-то деятельность. – А ты поговори со своими клиентами.
– Спасибо, Кериэль.
– Пока не за что, – проворчал я.
– Ты дал надежду – это само по себе очень ценно, – тепло улыбнулась Козма и вышла из комнаты.
Работы я, конечно, себе подкинул… Еще и опять придется рисковать. Хотя чего я лукавлю: если не для кого-то другого, то я все равно не совладаю с желанием снова воспользоваться инструментами. Это затягивает, вызывая привыкание сильнее наркотического. Одной человеческой жизни и души эльфу хватает на пять-семь лет. Чем чаще пользуешься магией и чем сложнее заклинания применяешь – тем быстрее истощается взятая взаймы сила. Мы ведь сами по себе почти лишены магии. Только даром целительства и можем похвастаться. Все остальные способности, например управление стихиями, мы приобретаем, когда поглощаем чужие жизни. И, единожды поймав чью-то душу в зеркальную ловушку, уже невозможно остановиться.
Поэтому пусть мой дар и одержимость принесут хоть какую-то пользу.
В Первоземье таких, как я, называют «тиеф плунн куил феа», что дословно можно перевести как «вор, забирающий жизнь души». Очень замороченно, как и весь эльфийский, и рискуешь сломать язык, если проговоришь это быстро. Так что между собой мы называем друг друга на всеобщем «крадущие души», сокращенно – крадуши. Не очень-то благозвучно, в эльфийском вообще нет звука «ша», зато передает суть.
Нас немного, впрочем, как и перворожденных вообще, у нашего вида большие проблемы с размножением. Подготовка одного крадуша – долгий, затратный и очень трудоемкий процесс. Даже полная самоотдача и усердие не всегда помогут адепту стать крадущим души. Слишком много факторов должно совпасть, чтобы в итоге получился кто-то вроде меня.
Через пару минут в дверь снова постучали.
Хозяйку комнаты под номером шесть звали Дора. Внешность у нее была совершенно непримечательная – тусклые русые волосы, глубоко посаженные серые глаза и полноватая фигура. А ко всему этому прилагалась сильная аллергия на противозачаточное зелье.
– Но не пить нельзя – к целителю не набегаешься, чтобы устранять последствия.
Я оценил состояние здоровья Доры.
– Много бегать и не придется. – Прикинув в уме шансы, пояснил: – Еще один-два визита, и станешь стерильной. Если такой вариант устроит, могу сделать это прямо сейчас. Хоть деньги сэкономишь.
Я протянул девушке ладонь, предлагая сделать выбор.
Дора едва не отпрянула от меня, прижав руки к крупной груди, будто боялась, что я сейчас схвачу ее и проведу процедуру насильно. Неужели она еще рассчитывает встретить здесь кого-то, с кем сможет создать семью?
– А других вариантов нет? – робко уточнила девушка.
Мысленно я прибавил уже к имеющейся еще одну горку работы.
– Если принесешь образец зелья, я пойму, на какой компонент у тебя аллергия, и найду подходящий аналог.
Скрепя сердце я снял с цепочки бусину из циркона.
– Понадобится твоя кровь, пара капель, – сразу же уточнил я, чтобы девица не решила, что ее сейчас на части порежут.
