Епископ явно человек с тяжелой рукой и характером. Небольшая стычка с эльфом несильно выделится среди похожих случаев. Может, объединить два убийства в одну серию? Пусть ищейки поломают головы, гадая, что связывало Дебро и епископа. Конечно, кроме того, что город без них вздохнет спокойнее.
Информации в любом случае будет недостаточно, чтобы выйти на меня.
Узнать бы еще содержание отчета, который утром лег на стол к лорду Киару, – было бы вообще отлично.
Город спускался к порту будто бы гигантскими ступенями, и задолго до того, как стал слышен шум толпы и волн, разбивающихся о пирсы, я увидел саму бухту. С этого расстояния она казалась совсем маленькой, а корабли – игрушечными. Один как раз медленно отходил от причала, а два только зашли. Еще несколько с опущенными парусами стояли на приколе. Отсюда цвет воды выглядел каким-то абсолютно нереальным – ярко-лазурным с темными пятнами, выделяющими глубокие места. Ясное безоблачное небо не уступало океану по красоте.
Я шел по широкой торговой улице и не успевал крутить головой по сторонам, разглядывая аккуратные дома с резными ставнями, одинаковыми черепичными крышами и тонкими флюгерами.
– Стаканчик кахве, господин? – окликнула меня бойкая рыжая девушка.
Вот это здесь мне нравилось необыкновенно – чтобы выпить чего-нибудь горячего или, наоборот, освежающего, вовсе не требовалось занимать столик в ресторации. Почти на каждом углу можно было купить напитки в плотных стаканчиках и наслаждаться выбором прямо на ходу.
– С чем у тебя?
Я приблизился к девушке и принюхался к большому открытому котелку с булькающей темной жидкостью. Кахве в городе каждый старался приготовить на свой лад: кто-то делал с солью и перцем, кто-то с имбирем или корицей, в напиток добавляли и сиропы, и варенье, и вообще все, что попадалось под руку. Я даже видел, как на дно стакана положили кусочек сыра. Попробовать, правда, не рискнул, но выглядело интригующе. И самое прекрасное – каждый раз вкус кахве раскрывался новыми красками.
– Могу сделать со взбитыми сливками и сахаром. Еще есть мед, лимон, сушеная гвоздика…
– Давай большую порцию с медом и лимоном.
Я полез в карман за монетами, и девушка тут же приготовила мне громадный стакан крепчайшего кахве, не пожалев ни ломтик сочного лимона потолще, ни ароматного липового меда.
– Благодарю, господин перворожденный. – Девушка, заметив, что я накинул пару медных монет сверху, просияла.
– И тебе спасибо. – Я улыбнулся и, глубоко вдохнув одуряющий запах напитка, направился дальше – настроение стремительно поднималось.
В самом порту красота бухты несколько поблекла: я заметил много грязи, сильно пахло рыбой, увы, протухшей, а еще табаком и немытыми телами разнорабочих. Вода у пирсов была темно-серого цвета, в ней плавали комки водорослей и дохлые медузы. Впрочем, моего хорошего впечатления это не испортило. Поддерживать идеальный порядок в таком месте было невозможно.
Я покрутился у касс, посмотрел, как проверяют пассажиров, спустившихся с одного из прибывших кораблей. Прошел по площади, прислушиваясь к разговорам. Контингент, собиравшийся в порту, был настолько ярок и необычен, что на эльфа почти никто не обращал внимания.
Изучив все расположенные в пределах площади гостиницы, я пришел к выводу, что здесь эльфы, которые прибудут за моей головой, не остановятся даже на одну ночь. Им же не нужно экономить монеты и таиться. Наверняка поищут что-то более подобающее и статусное.
Присев на край фонтана, на который удачно падала тень от шпиля каменной каплицы, я раздумывал, как станет действовать погоня. Вряд ли они начнут расспросы, едва сойдут с трапа. Им нужно осмотреться, понять, что к чему. Узнают ли сородичи о кораблях, которые ушли из порта через несколько дней после моего прибытия? Или все-таки начнут искать меня в городе?
Я так погрузился в мысли, что едва успел перехватить маленькую ладонь, ловко проскользнувшую в мой карман.
– У тебя пальцы лишние? – строго поинтересовался у мальчишки, который решил меня обчистить.
На вид ему было не больше тринадцати лет, с ободранным носом и почти поджившим кровоподтеком на правой щеке. Подросток был бос и одет в старые потрепанные вещи.
– А тебе жалко, что ли? – Он попытался вырваться из цепкого захвата – разбежался.
– Пальцев? Или монет? – насмешливо уточнил я.
Мальчишка громко хлюпнул носом. Меня это нисколько не разжалобило.
– Ты же эльф, у тебя должна быть куча денег!
– Кому эта куча должна и почему я о ней ничего не знаю? – Разговор все больше забавлял. Вот наглец! Попытался обчистить и не видит в этом ничего дурного. – Посмотри-ка внимательно… я похож на богача?
Подросток зыркнул на меня злобно исподлобья, но сейчас, перестав видеть одни только острые уши и плащ, очевидно, понял, что просчитался.
– Отпусти, – угрюмо потребовал он, – ты неправильный эльф. Эльфы добрые и богатые.
Кажется, мне только что подобрали идеальное описание. Надо запомнить.
