Генерал же думал совсем о другом. За растрату средств, предназначенных на оперативные нужды, в СССР, а затем и в России (как, впрочем, и в любой другой стране, где существуют спецслужбы) было посажено или расстреляно немало оперативных сотрудников — от рядовых оперуполномоченных уголовного розыска до руководителей госбезопасности. И ему как-то не очень хотелось попасть в этот длинный список. Поэтому Лихой отразил на листе бумаги свои соображения, основанные на собственном практическом опыте использования подкупа ключевых фигур при проведении тех, или иных разведывательных и специальных операций. Он буквально в несколько слов обосновал предпочтение использования возможностей пограничной стражи Гвинеи в захвате и удержании аэродрома, справедливо полагая, что в процессе захвата и эвакуации американского спутника жертв со стороны отечественного спецназа быть не должно. Даже если цена этого вопроса составляет десятую часть военного бюджета Гвинеи.
После того, как расписка перешла в руки Шестакова, и была им досконально изучена, помощник президента указал рукой на стоящий у торца дивана неприметный мешок из-под мусора. Пояснил:
— Здесь два миллиона. Как мы договаривались. Я не буду спрашивать у вас, сколько денег попадет к гвинейским пограничникам, как и вы никогда не заинтересуетесь, куда пошли остальные три миллиона.
Генерал приподнял мешок, раскрыл его и заглянул вовнутрь. Там лежали стянутые банковскими лентами пачки долларов.
— Пересчитаю, — сказал хмуро генерал и вывалил содержимое мешка на диван. Спустя несколько минут, он удовлетворенно сгрёб всю кучу в мешок, и поспешил на выход.
— Товарищ генерал, вы бы хоть спасибо сказали, — напоследок усмехнулся Шестаков.
— Спасибо, — отозвался Лихой и скрылся за дверью.
В машине он небрежно бросил мешок себе под ноги на переднем сиденье, и сказал водителю:
— Знаешь, как добраться до площадки «ЮтЭйра»?
— Нет, товарищ генерал. Я там ни разу не был.
— Тогда на базу.
— Есть!
Пока машина пробиралась по ночному пригороду, генерал сосредоточенно глядя в темноту, размышлял каким образом следует организовать дальнейший ход операции. К тому моменту, когда они вернулись на базу, он уже знал, что нужно делать.
— Петрова ко мне, — бросил он дежурному по базе, выходя из машины. Повернулся к Чистякову: — А ты сидишь здесь, ждешь дальнейших указаний!
— Есть, — кивнул разведчик.
В своем кабинете он вынул из мешка половину, переложив деньги в обычный солдатский вещмешок, остальное закрыл в тяжелом сейфе, аккуратно сложив их там пачка к пачке.
— Вызывали? — в пороге появился начальник авиабазы.
— Федор Иванович, ты с летчиками «ЮтЭйра» общаешься?
— Да.
— Знаешь, как к ним проехать?
— Да.
— Как долго к ним ехать?
— Это как придется, вокруг залива…
— Они живут далеко от вертолетной площадки?
— Рядом.
— Собирайся. Сейчас поедем к ним. Дело есть.
— Так ведь ночь на дворе, они спят!
— Зато мы не спим. Давай, выезд через десять минут!
— Есть… — не скрывая своего разочарования предстоящей поездкой, Петров вышел из кабинета генерала.
Лихой закинул вещмешок на плечо и направился к машине, где сидел Чистяков с двумя разведчиками.
— Вадик, просыпайся!
Генерал толкнул спецназовца.
— Всегда готов! — отозвался Вадик, явно просыпаясь.
Лихой сел на переднее место, потом обернулся назад, критически оценивая вместимость машины. Трое разведчиков, одетых в боевые разгрузки, плечом к плечу занимали всё заднее сиденье, и для Петрова места явно не хватало. Генерал посмотрел на водителя:
— Начальник базы машину водит?
— Да. Я видел, как он на УАЗе сам в аэропорт ездил.
— Тогда иди — отдыхай! Пусть полковник машину повезет!
Боец выбрался из машины, но не уходил — ждал Петрова, видимо не веря своему счастью. Когда Петров появился, Лихой указал ему на место водителя. Тот хмыкнул, и сел за руль. Водитель, довольный, побрел к жилым блокам.
— Извини, Федор Иванович! Но дело очень серьезное… не могу я доверить руль этому балбесу-контрактнику.
— Ну, — нашел в себе силы усмехнуться Петров. — Тогда держитесь!
Он действительно гнал машину очень быстро. Сзади сидящие разведчики даже начали комментировать опасные повороты, нисколько не смущаясь того, что впередисидящие были как минимум старше их лет на двадцать, и как минимум один из них был генералом…
В четвертом часу утра машина остановилась перед домом, в котором жили летчики и специалисты компании «ЮтЭйр». За домами угадывалось два силуэта вертолетов Ми-8.
— Показывай мне старшего.
Петров повел генерала в дом, и вскоре уже стучал в одну из дверей:
— Кирилл, открывай, это Петров!
За дверью раздался шорох, потом дверь открылась. На пороге, в один трусах, стоял типично русский мужик, с наметившимся трудовым мозолем в передней части организма.
— Федя, ты с ума сошел. Чего тебе в такой ранний час надо?
— Познакомься, — Петров кивнул в сторону рядом стоящего генерала: — Это мой друг, ему нужна твоя помощь.
— Кирилл, — летчик протянул руку.
— Вася, — генерал протянул руку в ответ, и крепко пожал ее.
— Заходи.
Кирилл повернулся и пошел вглубь помещения. Лихой посмотрел на Петрова:
— А ты подожди меня в машине.
