Кто виноват, что все так складывается?
Конечно, Анжелина! Кто же еще!?
Она виновата, если бы не она если бы не Бран, если бы...
Ненависть копилась медленно, но верно.
Брак? *
Брак оказался сплошным разочарованием. Антуан Леруа был немолод. К тому же весьма ценил этикет. И намного меньше — женщин. Дамы перестали его интересовать примерно лет двадцать тому назад.
Что он мог в постели?
Да ничего!
Поэтому первая брачная ночь обернулась для Джолиэтт болью, унижением, гадливостью, которые переполнили чашу ее терпения. Она вышла из спальни — и увидела Анжелину.
Те же светлые волосы.
Те же глаза.
То же лицо...
Остальное сделали темнота, ярость и воображение. И служанка по имени Ликса получила по заслугам. Как полагала Джолиэтт.
Правда убивала она не Диксу. Убивала она Анжелину.
Почему Антуан Леруа замял эту историю?
А кто бы ее не замял? На его-то месте?
Его жена — принцесса крови — убийца! Его имя вываляют в грязи, его род будет опозорен, его.... для ясности — историю было проще замять, чем разгребать последствия. Подумаешь, служанка! Да таких десять на дюжину! А оставшиеся две — и того лучше!
Майкел был против, но кто его спрашивал? Виконт рассорился с отцом и ушел из дома. А Джолиэтт...
Ей стало немного легче.
И... она принялась искать утешения на стороне.
❖ # ❖
Зачем Стуан соблазнил жену отца?
Да просто так! Может, в отместку! Может, захотелось. Может...
О любви там речи не было. Разве что самую малость. Увлечение, интерес, желание поиметь отцовскую игрушку, ну и конечно, азарт. Вот и все.
Азарт плюс самоутверждение.
Это со стороны Стуана.
А Джолиэтт искала облегчения. В ней словно копилось напряжение, которое должно было прорваться. Копилось и копилось. И... И однажды...
Этот домик Стуан приобрел специально для их встреч. Миленькое местечко, где он мог быть с Джолиэтт. Но — почему только с Джолиэтт?
Кругом столько женщин, а ему подавай одну-един- ственную? Нет, ребята, так дело не пойдет! И Стуан начал приводить в любовное гнездышко проституток.
С одной из них и столкнулась Джолиэтт.
И...
Все кончилось для проститутки печально.
Стуан, появившийся под конец, уже не успел остановить любовницу. Но Джолиэтт так завелась, что останавливать ее было — как атакующую акулу руками. Можно, только не получится...
И...
Неожиданно, ему понравилось. Очень понравилось.
Джолиэтт была ненасытна, Стуан тоже не отличался недостатком темперамента, а тело проститутки...
И что?
Их столько бегает по городу, этих шлюх! Одной больше, одной меньше... единственное, что выбирали тех, кто был похож на Анжелину.
На Лилиан.
На Миранду...
Или — хотя бы тех, кто был рядом с ними.
Да, жертвами Джолиэтт становились и аристократки.
Ичто!г
Чем они лучше?!
Все, все бабы — обыкновенные шлюхи, которые продаются дороже или дешевле! А раз так... раз так — их можно убивать!
Мучительно, медленно, играть с ними как заблагорассудится... мизинцы?
Маленькие сувениры на память. В подвале, в стеклянных бутылках — приятно посмотреть под настроение, вспомнить обстоятельства, пережить все заново...
Вины за собой Джолиэтт не чувствовала. С чего?!
Ее все устраивало! Подумаешь — убивала! И что?1
Ей можно, она принцесса!
Миранда!?
Тоже тварь, тварь, ТВАРЬ!!!
Ее надо убить, убить, УБИТЬ!!!
Анжелина!?
НЕНАВИЖУ!!!
УБЬЮ!!!
ГАДИНА!!!
❖ ❖ >[<
Бран смотрел на корчащееся перед ним существо, и не испытывал ничего, кроме омерзения.
Даже не так.
Хотелось немедленно удавить эту нечисть. Чтобы землю не оскверняла. И на Вирме он мог бы это сделать в любую секунду.
Воля Холоша...
Право Холоша!
Очищение земли от таких существ — его прерогатива. Там, да...
И здесь.
Но-
Бран представил, что скажет Анжелина, узнав о сумасшествии сестры. М-да... лучше бы супруге не знать. Будет переживать, нервничать... лично Бран полагал, что стерва просто с жиру сбесилась!
Да, пыталась она его соблазнить. И что?
Если б Бран на всех баб внимание обращал... пфффф! Ему и в голову не пришло, что это — тоже женщина. Какие уж там чувства — кровать — измена...
Смешно даже!
А ведь Анжелина будет нервничать. Подумает, что с ней тоже такое возможно, из-за детей будет волноваться... ну— нет!
Этого Бран допускать не собирался.
Джерисон кашлянул.
— Я сейчас отнесу Мири в карету и вернусь.
— Хорошо, — согласился Ганц.
Они переглянулись с Браном. И каждый прочел на лице другого отражение своих мыслей.
* ❖ ❖
О чем думал Ганц?
Королевский доверенный думал о королевстве.
Которое уже получило полную дозу потрясений, на сорок лет вперед хватит! И заговор, и смерть короля, и... нет! Достаточно!
Если сейчас станет известно о безумии принцессы — а иначе, другим словом это не назовешь, считай, бунты обеспечены. Дворянство взбесится.
Во-первых, растерзают Леруа. Это ни к чему хорошему не приведет, все же род древний и род, который поддерживает короля.
Во-вторых, пошатнется доверие к королевской семье. Если в ней есть такие... Джолиэтт.
В-третьих, стоит впредь чему-то такому случиться... а оно случится. Слово «провокация» было "известно еще в каменном веке, а уж в просвещенные века — тем паче!
Нет и еще раз нет!
