- Так что же нам делать? - хрипло спросил композитор. Он подкатил к себе кресло и буквально рухнул в него.- У нас есть прекрасная студия звукозаписи, в этом громадном подвале с клеткой собрано, вероятно, больше аппаратуры, чем любой из нас видел в одном помещении, но на кой черт нам это яйцо, если его невозможно проклюнуть. Так что же нам делать?
Деймон остановил блуждавший взгляд на лице Брэнгуина, и тот опустил глаза, но Дарси одарила Эддингтона спокойным и ясным взглядом.
- Придется использовать живой субъект,- ответила она.
- Вы хотите сказать, кого-то убить? - рявкнул Деймон.
Она сложила руки на груди, но не ответила. Он закрыл лицо ладонями и судорожно затрясся. Внезапно ему показалось, что к лицу прикасаются вовсе не его собственные руки, и он тяжело уронил их на колени. Бушевавшие в нем мгновение назад ярость и досада исчезли, уступив место глубокому, безотчетному страху.
- Нет, о Боже, нет. Я не хочу этого, - едва слышно прошептал Деймои.
Брэнгуин прочистил горло и снова осторожно коснулся его плеча. Он заговорил, с каждым словом все глубже втягивая голову в плечи:
- Ну, это не совсем убийство, вы же знаете. Кто обвинит вас в убийстве того, кто жаждал умереть? Есть религиозные фанатики, которые действительно страстно желают проклюнуть яйцо чужого. Эти люди посвящают жизнь удовлетворению своего стремления найти дорогу к якиу, чтобы стать донором зародыша,
Деймон стал растирать затылок, отчаянно пытаясь взять себя в руки и разобраться в ситуации. Все очень просто. Надо пойти к Кину и выяснить, в чем дело. Да и так все ясно: Клн ио-прежнему уверен, что может заставить Деймона клянчить. Многие люди считают, что вымолить удовлетворение своей нужды - это некая форма искусства либо редкий дар мастерства игры словами. Если он правильно понял Брэнгуина, старик уверяет, будто найдется человек, который желает подобной смерти, с радостью подойдет к яйцу и позволит твари, ожидающей внутри,- восьминогому ночному кошмару, который, как ему представляется, смутно напоминает помесь осы и скорпиона размером с человеческую голову,- вцепиться в свое лицо, затем проникнуть…
Воображение рисовало настолько ужасную картину дальнейшего, что думать об этом стало невыносимо.
Он снова с усилием сглотнул.
- И где же мы найдем такого… человека? - На этот раз Деймону пришлось потрудиться, чтобы заставить голос звучать раздраженно.- Этого… фанатика?
Внезапно он почувствовал себя совершенно измотанным, по горло сытым этим своим замыслом, полностью опустошенным действиями, которые он по влек за собой. Сама мысль, что «Синсаунд» готов уничтожить человека, вместо того чтобы заплатить за клон, не укладывалась в голове.
Дарси Вэнс сделала шаг вперед. Ее руки по-прежнему были сложены на груди, а выражение лица оставалось спокойным и холодным - просто биоинженер исследователь, которому не терпится заняться любимым делом. Если эту женщину и мутило от приступа тошноты в связи с предстоявшей работой, то она прекрасно это скрывала. Ему тоже не стоит показывать, что он почти готов пойти на это. У нее, похоже заготовлены ответы на все его вопросы, и она в прекрасном расположении духа.
«Как учтиво будет с моей стороны согласиться и сотрудничество с этой дамой»,- с горечью подумал Деймон.
- Я уже спрашивала об этом мистера Кина,- оживленно заговорила она. - Он сказал, что, если вы согласитесь с идеей использования живого субъекта нам достаточно обратиться к Ахиро, который обо всем позаботится.
Деймон вскинул голову:
- Ахиро?
- Он работает на Кина, - сказал Брэнгуин. Старик выглядел оживленным, но и очень нервничал: он то и дело стрелял взглядом по пустой клетке, будто визуальное наблюдение за чужим уже началось. - Едва вы дадите команду, он станет делать для нас все, что угодно… Когда бы мы ни пожелали.
Глава 7
Следом за Деймоном Эддингтоном ушла наконец домой и Дарси. Улей и лаборатория звукозаписи остались в полном распоряжении Майкла Брэнгуина, он намеревался в полной мере воспользоваться представившейся возможностью. Он дожидался этого весь день и теперь, покопавшись в мятом бумажном мешке с ужином - двумя крохотными банками суррогатной тушенки, прогретой в микроволновой печи, и пакетиком хрустящего картофеля, - вытащил свое сокровище. Едва Майкл поднес синдиск к свету стойки звукозаписи и взглянул на мелко напечатанное на его этикетке содержание, его, как всегда, охватил ошеломляющий восторг перед совершенством технологии, которая делала возможным заключение такого множества удивительных мелодий в этой крохотной вещице. Его сфера деятельности - инженерная биология, сложная, громадная, охватывающая все, что носит название жизнь. Но эти люди, умевшие превращать мертвые материалы вроде металла, пластика и керамики в музыку… они для Майкла - творцы возвышенного.
