Надо же, – удивляется про себя Тайка. – У нее нет иллюзий насчет собственной уникальности. Братству всегда нужна только молодая кровь. А эта зелень считает себя особенной. Попробуй скажи им, что таких Маш и Миш сто на два квадрата! Сильнее оскорбить нельзя, у них ведь все особенное : мысли, депрессии, их прыщавые физиономии. По инструкциям Тайка должна давать им выговориться. Все всегда одно и тоже. Послушать их, они даже уродливы и скучны по особенному, не так как все остальные. Из всех упивающихся своей уникальностью, она запомнила только одного джигита, который скромно сказал : Шесть раз могу без перерыва! Сейчас он возглавляет кавказский регион. Когда она видит его на конференциях, у нее повышается настроение. Кира кажется Тайке наивной и недалекой, поэтому начинать со сложного с ней только портить.
– Ты совершенно особенная, одна из нас. Это значит, что ты можешь левитировать. Перемещаться по воздуху, – поясняет Тайка.
Некоторое время Кира улыбается. Но через секунды улыбка угасает, не ослышалась-ли она?
– Летать, – повторяет Тайка громко, как если бы Кира была глухая. Растерянный вид балерины смешит ее. На лице ее все написано, она думает : Не рехнулась-ли хозяйка этого дома? Взгляд ее останавливается на пустой бутылке, ну вот, ей кажется что ответ найден!
– Тай, мне нужно позвонить...
– Не сейчас.
Тайка вытаскивает из-за спины увесистую книгу и кидает на столик. Название вытеснено золотом.
– Новейшая история аэрорасы, – читает вслух Кира.
– Не скажу что написано увлекательно, но эта книга поможет тебе во всем разобраться. Послушай меня, наше тело способно преодолевать силу гравитации.
Кира испуганно озирается. Тоскливо с этими новичками, всегда одно и тоже. Боишься, малахольная? Правильно, бойся, – думает Тайка.
– Нас всего несколько тысяч, способных на это. В воздухе наши тела экранируют – погашают силы тяжести и гравитации. Да что говорить, чем сто раз услышать, лучше один раз увидеть...
Голос у Тайки тягучий и томный, но не пьяный. Она встает с дивана и решительно направляется к окну. Когда она распахивает большое, похожее на дверь, окно в панорамной стене, Кира угадывает ее намерение. Встав в проеме у края, Тайка разводит руки в стороны. Ее майку треплет ветер, торжественные глаза светятся безумием. Она отклоняется назад, еще немного и упадет спиной в пропасть, с двенадцатого этажа. Ничего не соображая, как отпущенная пружина Кира бросается к ней. Вцепившись обеими руками, она оттаскивает Тайку от окна.
– Тая, я тебя умоляю, не надо! Я верю, верю тебе!
Кира кричит, не переставая. Она заглядывает в сумасшедшие глаза, но теперь они трезвые и злые. Тайка пытается стряхнуть Киру с плеча, но не может.
– Я знаю, что ты боишься, – принужденно смеется она. – Пусти! Ты могла меня покалечить….Отцепись же ты наконец!
Она с силой отрывает от себя ее руки. Чтобы не замутило, Кира прикрывает глаза и создает для себя темную, полу-слепую реальность. Кидается к окну и захлопывает его, потом опять клещом впивается в Тайкин локоть.
– Оставь же меня…Истеричка!
– Нет-нет, я верю! – уверяет ее Кира.
Они обе тяжело дышат. Холодный воздух должен был привести Тайку в чувство, Кира на это надеется. Ей хочется одного – уйти отсюда и как можно быстрее.
– Таечка, я принесу тебе воды. А потом ты ляжешь спать, хорошо?
– Сядь наконец! – толкает ее на диван Тайка. – Думаешь я вдребадан пьяная? – натужно смеется она. – Хорошо, я покажу с лестницы. Не так зрелищно, но будет понятно. Только не визжи как свинья, я уже от тебя оглохла!
Кира оглядывается на лестницу. Высота с верхней антресоли около четырех метров, неужели Тайка собирается спиной грохнуться вниз оттуда? Она прямо видит распластанную на полу Тайку с вывернутой головой и сломанной шеей. Кира нервно вскакивает.
– Сядь, – приказывает ей Тайка и она снова опускается на диван.
Тайка растеряна, все идет не так, как ожидалось. И вот еще…Удивительно, как быстро Кира смогла очутиться у окна. Так сильно вцепилась в нее, у этой балетной железная хватка. А она то воображала ее нежной фиалкой! Уязвленное самолюбие не дает Тайке покоя, ей досадно, что Кира сбила ее и нарушила ритуал посвящения. Огастас – один из отцов-основателей, в книге инструкций расписал все сценарии, к каждому психотипу новообращаемых. Данные закладывали в программу и она рекомендовала как посвящать того или иного новичка. Видимо, определяя психотип Киры, компьютерная программа ошиблась и выдала не тот сценарий. По Огастасу, после сеанса, Кира должна быть потрясена, может быть даже до обморока, потом ожидалась бы легкая истерика, ну а в самом конце слезы радости осознания. Но эта птичка играет не по правилам, она превратила демонстрацию в фарс и серьезность момента ушла. Тайка привыкла верить во всемогущество сценариев. Прав был Зигги, что никогда не доверял программе, он предупреждал что Кира– сложный объект. Впервые Тайка не знала как поступить. Если позвонить Зигги, он поднимет ее на смех. Что же теперь делать? Она переводит дух.
– Послушай…Ты, я, Зигги и еще несколько тысяч...
