Особенно лейтенанта беспокоило известие о живом взрослом существе, находящемся в нижнем помещении корабля. Казакова, как и всех десантников, проинструктировали о возможностях Чужих, и в частности о способности погружаться в некое подобие анабиоза. О том, что в недрах звездолета может спать не один десяток подобных зверюг, даже думать не хотелось. Однако учитывать эту потенциальную возможность было необходимо.
По расчетам выходило, что отряд уже должен приблизиться к изгибу «подковы», где предположительно располагался центр управления звездолетом. Казаков и Мурадиев заметили, что после заградительного барьера рассеянных лазеров слизистые образования на стенах и потолке стали уменьшаться, да и трупы мертвых монстров попадались все реже. Однако дыры, проеденные кислотой, встречались по-прежнему, и Казаков посветил в одну из них фонарем. Тонкий яркий луч не высветил ничего; видимо, дно помещения, располагавшегося под коридором, находилось очень глубоко.
Баудин, обогнавший остальных, остановился у запертого шлюза необычного вида, похожего на диафрагму старинного фотоаппарата. Судя по тому, что створки были вделаны в пол, за ними скрывалась шахта, ведущая вниз. Здесь, как и прежде, на стене помещалась уже привычная темная панель. Когда все собрались у закрытого прохода, Мурадиев, поколебавшись, вжал в пластину крохотный выступ, торчавший справа. Отряд зачарованно наблюдал, как темный щиток меняет цвет с черного на серый, а затем становится прозрачным. За ним открылись все те же три разноцветных знака, отдаленно похожих на иероглифы.
– Каким мы открывали предыдущие двери? – спросил лейтенант у Мурадиева, разглядывающего яркие изображения за прозрачной стенкой.
– Я наугад ткнул в левый, – пожал плечами компьютерный техник. – Первая дверь открылась сразу, а дальше я просто следовал этолгу примеру. Но эта шахта ведет вниз, и тут может оказаться другой код.
Казаков не раздумывая прикоснулся к прозрачному щитку над левым знаком. Створки начали медленно раздвигаться, и вскоре открылась широкая шахта, ведущая вниз. Баулин, как самый любопытный, немедленно заглянул в отверстие и изумленно присвистнул:
– Ого! Ну и глубина!
Провал и в самом деле уводил вниз на много десятков ярдов. В свете нескольких направленных внутрь фонарей можно было смутно разглядеть дно. В самой шахте курился легкий дымок, а снизу ощутимо тянуло теплым застоявшимся воздухом.
– Похоже на спуск в нижние отсеки, – с видом знатока инопланетной техники сообщил Баулин.
– А если попробовать какой-нибудь другой знак, интересно, что произойдет? – задумчиво произнес Му-радиев и коснулся пластины над средним из странных иероглифов.
Откуда-то снизу донеслось отдаленное гудение, затем треск и приближающийся шорох. С интересом заглядывавшие в шахту десантники увидели, что из стены выдвинулась круглая платформа и плавно пошла вверх. Не дойдя до пола фута три или четыре, она остановилась, почти закрыв собой шахту.
– А вот и лифт, – прокомментировал неугомонный Баулин.
– Похоже, – согласился Казаков. – Только как на нем спускаться? На наших лифтах по крайней мере есть кнопки этажей, а здесь?
Баулин недолго думая спрыгнул на платформу и только спустя несколько мгновений понял всю необдуманность этого шага. Диск мягко спружинил под его весом и начал медленно опускаться вниз.
– Саша, назад! – закричал Казаков, но тому было уже не дотянуться до краев шахты. Кто-то из солдат бросился на живот и протянул Баулину руку, но смог коснуться только кончиков его пальцев. Платформа, тихо жужжа, неумолимо опускалась вниз.
– Трос, быстро! – скомандовал Казаков и, нагнувшись над отверстием, прокричал удаляющемуся Баулину: – Сейчас опустим трос, лови! – и вполголоса добавил: – Когда поднимется, убью!
Платформа опускалась вниз, постепенно увеличивая быстроту движения до темпа современного скоростного лифта. Баулину оставалось только неподвижно стоять на гладкой поверхности и ждать, что будет дальше. Голубоватый круг отверстия шахты становился все меньше и меньше, жара нарастала с каждой прошедшей секундои, дышать становилось все труднее. Внезапно стены шахты расступились и открылся огромный зал, уходивший в глубь корабля. Подъемник прошел еще несколько ярдов и замер на высоте ярда от пола. Баулин, не слезая с платформы, включил фонарь и обвел лучом близлежащие стены зала. Точно такие же, напоминающие расплавленный и застывший пластик, образования занимали все видимое пространство. Не успев как следует оглядеться, рядовой услышал в наушниках тонкий писк вызова.
– Ты… – Казаков с трудом сдержался, чтобы не выругать чрезмерно любознательного подчиненного. – С тобой там все в порядке?
– Да, лейтенант, – отозвался Баулин. – Тут большой зал. Разрешите осмотреться?
– Ладно, только опять не свались куда-нибудь и не вздумай отходить далеко от подъемника. Мы сейчас спустим трос и вытащим тебя.
