Bretton Woods, Бреттонский лес - в этом живописном местечке Нью-Хэмпшира в разгар Второй мировой войны (июль 1944 года) прошла международная конференция, подарившая человечеству два ключевых инструмента Нового мирового порядка - Международный банк по реконструкции и развитию (МБРР, одно из пяти подразделений Всемирного банка) и Международный валютный фонд (МВФ). Момент для конференции был выбран исключительный: Россия и Европа лежали в руинах, Япония уверенно стиралась в пыль бомбардировками, а США цвели буйным цветом, наращивая экономический и военный бицепс на питательном бульоне колоссальных военных заказов. На момент подписания соглашений в Бреттонском лесу США обеспечивали половину мировой добычи угля, две трети нефти, более половины электричества, обладали 80% мирового запаса золота, почти всем свободным инвестиционным капиталом и атомной бомбой, практически готовой к применению.
Можно много говорить о плюрализме и 730 делегатах, представлявших на конференции в Бреттонском лесу 44 страны мира, однако нужно обладать весьма экстравагантным воображением, чтобы заподозрить повестку дня в наивной беспристрастности. Вся система правил, регулирующих процедур, надзирающих структур и курирующих организаций, апробированных в пакете так называемых Bretton Woods Agreements, подчинялась глобальной сверхзадаче: оформлению де-юре давно сложившейся де-факто доминанты Америки.
Показательной особенностью конференции в Бреттонском лесу стало учреждение двух банковско-финансовых международных организаций и ни одной - торговой. Изначально предполагалось, что МВФ и МБРР обретут целостность и гармонию в МТО - Международной торговой организации (International Trade Organization), которая станет проводником в жизнь «идеалов экономической свободы и процветания», что в переводе с оруэллианского означало: «Обеспечит США беспрепятственное проникновение на все торговые рынки мира». Однако МТО в 44-м на конференции в Бреттонском лесу не срослась. Ее место в пакете соглашений Бреттонского леса занял лишь проект соглашения по тарифам и торговле. На основе этого проекта три года спустя в Гаване, на конференции Организации объединенных наций, состоялось подписание генерального соглашения по тарифам и торговле (General Agreement on Tariffs and Trade, ГАТТ), которое на протяжении 45 лет успешно регулировало торговые отношения между странами.
Нужно признать, что решение отказаться от торговой организации в пользу торгового соглашения пришло не сразу. Довольно продолжительное время Штаты не теряли надежды и параллельно с ГАТТ продвигали проект МТО, который прошел все стадии, от коллективного обсуждения до предварительной ратификации. Так, в июле 1945 года Конгресс США уполномочил президента Трумэна провести переговоры со своими ближайшими союзниками по созданию единой торговой организации. В феврале 1946-го по инициативе Соединенных Штатов Комитет ООН по социальным вопросам и экономике принял проект резолюции по созыву конференции, призванной составить и утвердить хартию МТО. Подготовительный комитет занимался разработкой хартии на протяжении всего 46-го и последующего 47-го годов. В марте 1948 года в Гаване состоялось торжественное утверждение хартии МТО, после чего… инициативу спустили на тормозах. Два с половиной года президент Трумэн представлял хартию МТО Конгрессу на утверждение, а Конгресс исправно ее заворачивал. На том основании, что МТО - это якобы вмешательство во внутренние дела США. 6 декабря 1950 года Гарри Трумэн сдался, заявив о прекращении лоббирования МТО.
«Вмешательство во внутренние дела» - не более чем демагогическая отговорка: нельзя одной рукой интенсивно развивать проект, а другой - его сворачивать. В равной мере наивна и гипотеза, согласно которой истинная причина отказа Конгресса США ратифицировать МТО скрывалась в многочисленных поправках, внесенных в хартию организации в процессе ее обсуждения международными «партнерами» США. Эти поправки якобы вывели де-факто Международную торговую организацию из-под контроля Америки, что, разумеется, никак не могло устроить первую державу мира.
На самом деле ларчик открывался просто: сфера международной торговли в том виде, в каком она была представлена в середине прошлого века, сама по себе не поддавалась регулированию и контролю со стороны любого из ее участников! Если бы Соединенные Штаты сумели изыскать хоть какой-нибудь рычаг формального подчинения своей воле международных торговых отношений, они бы нашли подходящие слова и жесты, чтобы выстроить по ранжиру всех своих «партнеров», чья экономика и политическая воля пребывали в жалком состоянии после Второй Мировой войны. Страна, только что сбросившая на Хиросиму и Нагасаки атомные бомбы, не могла обеспечить хартию МТО в выгодном для себя виде? Я вас умоляю!
