Медноволосая красавица стояла у подножья лестницы и беседовала с каким-то человеком; на лице застыла маска недовольства.
Пойдя на риск, я приоткрыла двери, чтобы рассмотреть лицо её собеседника. Мне сразу поплохело – знакомый офицер Имперского сыскного управления, а с ним еще двое стражников.
Ноги вдруг подкосились, и я ухватилась за косяк, чтобы не упасть.
Одана, самое лучшее, что ты можешь сделать, - это немедленно сказаться больной и сбежать домой до того, как офицер и агентесса под конвоем доставят тебя в Управление.
- Шезаф, Шезаф, - голос дрожал, а слух пытался уловить звяканье оружия, - у меня что-то жутко голова разболелась, скажи Главному библиотекарю, что я схожу к лекарю, может, еще вернусь.
Проигнорировав предложение любовника проводить меня, я схватила свои вещи и метнулась к черному ходу – благословите, боги, его наличие!
Не знаю, почему, но домой я не пошла, просто бесцельно шаталась по городу, разглядывая витрины лавок: говорят, это помогает успокоиться. Но мне не помогало, колесо беспокойства вертелось с бешеной скоростью.
Дома меня ожидал неприятный сюрприз – комнаты хранили следы недавнего обыска.
А где обыск, там и арест.
Вот сколько раз говорила себе: доверяй предчувствиям!
Собралась я за четверть часа и всё это время раздумывала, стоит ли оставлять записку Шезафу. В конце концов, написала ему, что срочно уехала по делам в Медир, просила не беспокоиться и оставила письмо на видном месте. Если его первым найдет любовник – не подумает, что я от него сбежала, если городская стража – пойдёт по ложному следу.
Разумеется, ни в какой Медир я ехать не собиралась, мне просто нужно было, как можно скорее, выбраться из города.
Итак, у Наместника на меня зуб, он не успокоится, пока не упечёт меня за решетку. И упечёт, если я не найду того, кто мне поможет. Только где его найти, куда мне бежать?
Принявшая облик волчицы Анже бежала впереди меня и жадно ловила запахи ночи, периодически выкидывая любимый трюк – пыталась запрыгнуть мне на плечи. Уж не знаю, почему её туда так тянет, может, просто просыпается собачья сущность, но мне такие вещи не нравятся. Радует только одно – попробует раза три-четыре и успокоится.
Я темноты не боюсь, странно было бы, если бы боялся, но по ночам гуляю редко. Сегодня, вот, за травой одной пошёл, которую Стьефу в руки лучше не брать. И в этом месте тоже лучше не появляться: ночные лесные обитатели – своеобразные твари.
- Лэрзен, Лэрзен! – зазвенел над ухом чей-то голосок.
О, старая знакомая объявилась! На вид – очаровательная безобидная фея, но та ещё стерва!
Я поискал глазами Ланит – совсем крохотная, перебирает светящимися крылышками над моей головой. Но её размеры обманчивы – Ланит, кем и чем угодно, может обернуться, в разумных пределах, разумеется. Разумные пределы – это одушевлённое существо или растение.
- Как я рада снова тебя видеть, дорогой! – искоркой метнулась к ближайшему дереву и приняла естественный облик. Красивая до безобразия, особенно в этом полупрозрачном платьице. Глядя на такую, о чём угодно забудешь.
Анже ощетинилась и зарычала: девушки друг друга не любят, видимо, ревнуют. Мне, конечно, приятно, но надоело их каждый раз разнимать.
Оборотниха в скорости фее не уступит, так что Ланит следует следить за своим язычком и не дразнить ее.
- Взаимно. Как я посмотрю, ты всё хорошеешь! Поджидаешь кого-то?
- Да кого я могу ждать, кроме тебя, - картинно вздохнула Ланит и сложила поникшие крылья. – Ты опять за канором?
Я кивнул, удобно устроившись на поваленном стволе какого-то дерева: зная фею, в лесную чащобу мне сегодня идти не придётся.
Анже улеглась у моих ног. Я рассеянно погладил её по взъерошенной шерсти и попросил успокоиться.
- Анже, ну что ты так каждый раз! Знаю, она тебе не нравится, но Ланит не изменишь. Вместо того чтобы обкусывать её крылышки, иди, порезвись. Может, найдёшь кого-то, развлечёшься.
Развлечёшься – это, конечно, цинично по отношению к объекту её развлечений. Оборотни, они ведь не совсем волки, а дети ночи, а дети ночи любят убивать. Людей, например. На счету Анже двое, но ругать её за это я не собираюсь – это её природа.
Волчица нехотя побрела прочь, принюхалась и затерялась среди кустарника.
- Наконец-то эта грубиянка ушла! - Ланит плавно опустилась на землю, скользнув губами по моим губам. Хорошая любовница – ничего не требует, ничего не ждёт.
Закружившись в танце, она прижалась ко мне и прошептала:
- Я принесу тебе столько канора, сколько захочешь.
Я улыбнулся. Приятно быть магом – все эти существа вьются вокруг тебя, потому что чувствуют твою силу. Вот так, для людей - погибель, а для меня – удовольствие. Ведь скольких свела с ума златоволосая Ланит, а сейчас крутится возле меня. Только я не обольщаюсь, прекрасно знаю, что не в моей неотразимости дело: у феи свой корыстный интерес. Найдётся в округе более сильный маг – будет его обхаживать. Да и энергию крадёт, немного, но всё же.
