И почему мои мысли всегда так вовремя? Раздалась стрельба. Звуки выстрелов эхом отскочили от бетонных стен ангара. Наш защитник вступил в бой. Было отчетливо слышно, как его металлическая оболочка трещала, пытаясь выдержать шквальный огонь. Всё закончилось быстро. Мы лишились нашего последнего барьера за считанные секунды.
"Если не успею добраться до Амниума, всё будет кончено", — мелькнула мысль, и я, с упорством раненного зверя, рыча и матерясь, преодолевая боль, забрался в кабину боевого шагохода.
Активировав интерфейс, я подключился к нейронному соединению с машиной. Распаковка аулитовых стержней реактора заняла всего несколько секунд. Питание пошло. Запустив тест всех систем, я направил оптические линзы Амниума в сторону Геры.
—Вот гадство! — выругался я, чувствуя, как холодок прошёлся по спине.
Портативный терминал, содержащий основную оболочку Геры, находился в совершенно уязвимом положении. У этой штуки ноги не вырастут, и сбежать по собственной воле она точно не сможет. То есть, сейчас Геру уязвим, как никогда. Любой шальной выстрел, или случайный обломок могли уничтожить его, оставив меня без единственного союзника в этом хаосе.
—“Гера, сейчас я тебя заберу!” — обратился я по внутреннему каналу.
Едва я закончил фразу, как в ангар с грохотом ворвались три андроида, а за ними бесшумно скользнули два дрона. Легионеры двигались размеренно, их голубые сенсоры методично сканировали помещение, напоминая хищников, вынюхивающих добычу. Они искали цель.
Я кровожадно улыбнулся, понимая, что внутри меха их сенсоры меня не обнаружат. Военная экранизация Амниума полностью блокировала любые сигналы, делая модели 1С234 беспомощными в своих стандартных методах сканирования.
Когда первичный тест пользователя завершился, я немедленно активировал медицинский отсек с наноботами. Первая помощь, оказанная перехваченным Геры андроидом, помогла лишь частично. Но этого было недостаточно. Боль в теле пульсировала с каждой секундой, и я осознавал, что нужен более мощный подход, чтобы восстановиться.
Легионеры медленно приближались ко мне и терминалу с Герой. Я до этого момента не двигался, стараясь сохранять маскировку. Оставаться незаметным было единственным шансом выиграть время.
Из плохих новостей: загружаемый боекомплект в Амниуме отсутствовал, а реактор всё ещё не прошел первичный разгон. Это не удивительно, машина на первичной активации ещё не прошла обкатку. О надежде на импульсные орудия можно забыть. Даже попытка активации орудий выведет из строя стержни, погубив реактор.
Из хороших: энергии фотонного реактора хватало для поддержки фасетчатой силовой брони, что гарантировало защиту. И, к счастью, в комплектации РТ-63 был предусмотрен плазменный резак. Не то чтобы это было идеальным оружием, но в противостоянии с Легионерами это неплохое подспорье.
Нужно было лишь настроить плазменную дугу на пиковые точки. Таким образом, резак можно использовать как импровизированный меч. Не самый изысканный метод борьбы, но лучше, чем оказаться безоружным перед "Палачами".
Как только Легионеры приблизились ко мне на расстояние двух метров, я активировал силовую защиту и запустил плазменный резак, трансформировав его в меч. Яркая дуга вспыхнула в моей руке, озарив ангар синеватым светом. Получилось эпично.
Правда, сработало не всё идеально. Нервы были на пределе, да и времени привыкнуть к управлению этим мехом не было. Первые движения вышли неловкими — Амниум резко дёрнулся, и меч едва не задел свою же правую шагающую опору. Но даже так: криво, коряво, неумело — результат превзошёл ожидания.
Плазменный резак распорол ближайшего андроида, разделив его пополам по вертикали. Реакция остальных двух была мгновенной. С разных сторон они открыли огонь, одновременно выпустив серию выстрелов. Но калибр стандартных винтовок 1С234 не причинил боевому РТ-63 ни малейшего вреда.
Сначала я почувствовал страх, но как только начали поступать уведомления о состоянии силового щита, я успокоился. Судя по показателям, у "Палачей" против "Лягушки" не было ни малейших шансов. Бой превратился в что-то вроде “догонялок”, и теперь мы поменялись местами.
Хотя Амниум был машиной поддержки, с лёгким бронированием и ограниченной боевой мощью, он без проблем выдерживал постоянные атаки 1С234 и 4СС2. Проблема заключалась в другом: в динамике и скорости он значительно проигрывал гражданским андроидам. Чтобы устранить Легионеров, мне нужно было сблизиться с ними, но сделать это оказалось сложно.
ПЦМ, судя по всему, в режиме реального времени обновлял тактические алгоритмы дроидов и андроидов, адаптируя их действия под мои манёвры. Амниуму не хватало скорости, а слаженность 1С234 на пару с дроидами и манёвренность только увеличивали разрыв.