Оля подошла к мебельной стенке: она помнила, что здесь на полке лежала чугунная фигурка волка. Павел вечно записывал нужные телефоны – сантехника, электрика, начальника ЖЭКа, стоматолога, автослесаря - не в записную книжку, которую ленился завести, а на попавшие под руку листочки. И чтобы они не разлетались по комнате, прижимал каслинской скульптуркой.
Оля подняла тяжелую чушку повыше над головой и со всего маху бросила ее на крышку аквариума. Чугунный волк пробил верхнее стекло и под углом влетел в боковую панель, которая не выдержала удара и разлетелась на куски. Вода хлынула на волю, вынося на гребне ни в чем неповинных обитателей морских глубин.
- Что ты наделала, сумасшедшая? – влетела в комнату Дарья. – Живность-то тут при чем?
И женщина, швырнув Оле кольцо, ринулась спасать разноцветных рыбок, собирая их в банки с водой, которые, как и раньше, стояли на подоконнике.
Оля торжественно оглядела сотворенный ее руками хаос: гигантскую лужу воды, быстро впитывающуюся в паркет, прыгающих по полу задыхающихся рыбок, суетящуюся домработницу - и хладнокровно подошла к фигурке космонавта-водолаза, который теперь одиноко скучал на суше. Она смахнула со скафандра прилипшую ниточку водорослей и надела кукле на пластмассовую ручку кольцо с красным камушком. Затем выпрямилась и, хрустя крошащимися под каблуками осколками, направилась к выходу.
Оля шла по теплой вечерней улице и… улыбалась. Нет, по ее лицу светлыми дорожками текли потоком горько-соленые слезы, но губы - улыбались. Слезы провожали старую жизнь, губы уверяли, что у нее еще будет надежда, будет счастье, будет любовь. А то, что занимало территорию ее сердца до этого, разбилось как аквариум и больше не вернется.
Люба при каждом хлопанье входной двери нервно выглядывала в коридор. Нет, опять не Оля. Куда же могла запропаститься девушка? Уже давно стемнело, соседи один за другим вернулись домой, вон слышно смех: по телевизору показывают концерт Аркадия Райкина. А ее девочки до сих пор нет. Люба знала, что сегодня Павел – трагическая Олина любовь - женится. Девушка все рассказала старой дворничихе, как единственной подруге. Ох, не задумала бы эта дурочка чего худого.
Наконец, в коридоре застучали знакомые танкетки.
- Что же ты так поздно? – хотела отругать девушку Люба, но, увидев, как ту колотит в ознобе, потащила быстрее в комнату. – На улице тепло, с чего бы так мерзнуть? Погоди-ка, на кухню сбегаю, чайник поставлю, а ты пока носки шерстяные натяни. Чтоб не разболеться.
Оля протянула руки за носками, но вдруг схватилась за живот и побежала в туалет.
Люба услышала характерные звуки: девушку нещадно рвало.
Бледная, с синими кругами под глазами, она вернулась обратно в коридор, и Люба удивленно посмотрела на свою молодую соседку:
- Девонька моя, да не беременна ли ты?
Оля опустила глаза.
ИНАЧЕ как странным нынешнее воскресенье не назовешь.
Вчера (это было почти 15 часов назад, да, не меньше) она подвезла Илью к блочной многоэтажке в Выхине. Мужчина с голым торсом неуклюже (ох, и смешно же он выглядел!) выскочил из машины и стремглав бросился в подъезд, чтобы избежать встречи с любопытными соседями. А сегодня Лиза целый день крутится вокруг телефона и в какой-то момент понимает, что ждет… звонка. С ума сойти! Неужели она хотела, чтобы Илья, с которым они были знакомы всего пол субботы, пригласил ее к себе в квартиру?... Хотя, если подумать… вполне мог бы: она ведь его довезла по тягучим пробкам прямо до дома. Ну, придумал бы причину, он же мужчина…
Ой, опять глупости лезут в голову, прочь, прочь…
Лиза неестественно долго возилась на кухне, зачем-то решила вымыть до блеска плиту, потом перешла с тряпкой в руках в комнату. И тут же ринулась в коридор, где на тумбе лежала сумка. Вынула мобильник – вдруг батарейка разрядилась и модное средство связи не доступно? Нет, телефон мигал полным набором сигналов, энергии ему вполне хватало.
Но у нее же столько дел! Надо заниматься оранжереей, связаться с Асей, чтобы та нашла новых рабочих. Ведь у Лизы теперь есть чертеж, который ей набросал Илья. Но если позвонить Сырниковой, значит, линия будет занята как минимум час – подруга не умеет формулировать мысли кратко, у нее всегда масса проблем, которые жизненно важны и их нужно срочно обсудить. А вдруг в этот момент позвонит Илья?
Лиза бесцельно ходила по комнате и рассуждала сама с собой. С чего она решила, что Илья ей должен позвонить? Она отдала письмо, и больше нет причин для дальнейших встреч. Старый конверт – тайна семьи Каменевых, она к ним не имеет никакого отношения. И вообще нельзя подстраивать свою жизнь под… под мысли о каком-то малознакомом мужчине. Тем более что ОН НЕ ПОЗВОНИТ.
А если все же позвонит – Лиза с надеждой посмотрела на телефон – она должна быть к этому готова. Нельзя сразу хватать трубку, чтобы Илья ни в коем случае не догадался, как ждет она его звонка, нужно пропустить несколько длинных гудков и потом равнодушным голосом сказать: «Алло». Или лучше все же более сухо и официально: «Вас слушают»?
