Отогнав неприятные воспоминания, Финч осмотрелась, пытаясь собраться с мыслями. Ее комната, выходившая окнами на конюшню, не сильно изменилась с тех пор, как в ней жил Гектор, за исключением того, что на кровати появилось клетчатое покрывало — подарок от швейного кружка Мод, после того как удочерение Финч стало свершившимся фактом, и календарей, которые она повесила: на одном было изображено стадо мустангов, несущихся по равнине, а на другом — кобыла и ее жеребенок. В рамку зеркала над комодом был вставлен моментальный снимок Энди, кривлявшейся перед камерой, сделанный на последнем открытии галереи Иана, и еще один, запечатлевший Лауру и Гектора в день их свадьбы в окружении всего клана Кайли — ДеЛаРоса.
Финч приняла душ и надела платье. Как правило, она предпочитала джинсы, но все девчонки на вечеринке будут в нарядной одежде. Она не хотела выглядеть невзрачной по сравнению с ними.
— Господи, ты отлично выглядишь, — сказала Мод, когда Финч вошла в кухню, хлопнув дверью. — Ты знакома с моей подругой, доктором Стейнберг? — Мод указала на женщину, сидевшую за столом возле нее. Доктор Стейнберг выглядела моложе Мод, в ее каштановых волосах было очень мало седины.
Ее лицо показалось Финч знакомым…
— А вы не?..
— Мисс Ноябрь, — сказала женщина со смехом, выпячивая почти плоскую грудь, — хотя я предпочла бы, чтобы ты называла меня Дороти.
Финч вспомнила, что Дороти, не являющуюся официальным членом кружка кройки и шитья, пригласили позировать для календаря, поскольку эта идея частично принадлежала ей. Прибыль должна была пойти на исследовательскую программу, которую она возглавляла. Дружба Дороти и Мод началась год назад, когда Мод послала доктору Стейнберг цветы в знак благодарности за то, что та спасла жизнь Джеку, — Дороти была главным неонатологом в Доминиканской больнице. Затем Дороти попросила Мод помочь с ежегодным сбором средств для больницы. С тех пор они стали настоящими подругами.
— Вы случайно не задумали еще один выход на бис? — поддразнила их Финч, бросая взгляд на свежие фотографии, разбросанные на столе. Она взглянула на сделанную в коричневых тонах фотографию обнаженной Мавис Фиджеральд, сидевшей за пианино в искусно накинутой ей на плечо шалью с бахромой.
— Господи, нет, конечно. Одного раза вполне достаточно, — поспешно объяснила Мод. — Мы пытаемся решить, какая из них лучше всего подойдет для обложки. Это для пасхальной распродажи выпечки. Ты же знаешь, что клуб обычно проводит продажу джема? Ну, Дороти и придумала идеальное название для него — «Предохраняющий». Ну как, звучит?
Финч покачала головой и улыбнулась. Она знала, что ей следовало бы уже привыкнуть к шуткам Мод, но это уже было чересчур.
— Разве вы и так уже не достаточно известны?
— Скорее печально известны, — Мод заморгала голубыми глазами.
— Как насчет этой? — Финч указала на групповой снимок, на котором леди держали горшки с растениями возле «стратегических мест». Мод стояла посередине, выглядывая из-под огромной соломенной шляпы. Финч подумала, что это очень похоже на Мод.
— Тебе не кажется, что я здесь выгляжу слишком… — Мод запнулась, захихикав.
— Сексуально? — поддразнила ее Финч. — Да, ты окончательно разобьешь сердце старому Вальдо. — Было известно, что уборщик в местном клубе был неравнодушен к Мод, хотя та изо всех сил старалась держать его на расстоянии. Она решительно заявила, что достаточно насмотрелась на то, как мужики топят свою жизнь на дне бутылки, имея в виду своего мужа. Финч чмокнула ее в щеку, пахнувшую ландышами.
— Мне нужно бежать. К ужину вернусь. — Она помахала Дороти на прощанье. — До свидания. Рада была познакомиться.
Тарахтя по улице Олд-Сорренто-роуд в пикапе Гектора, Финч снова подумала об Анне. Репортеры все еще жили возле ее дома, сейчас их осталось не более дюжины, но этого было вполне достаточно, чтобы держать Анну взаперти. Финч хотелось сообщить Анне, что они с друзьями уже собрали почти три тысячи долларов, но вчера вечером, когда она отправилась к Анне, чтобы рассказать ей об этом, той не оказалось дома. Финч утешала себя мыслью о том, что к возвращению Анны они соберут еще больше денег. Сегодня они с Энди намеревались обратиться за помощью к матерям девочек, которые будут присутствовать на вечеринке.
Приехав в «Ти-энд-Симпаси», Финч увидела Клэр, которая суетилась в переднике, заканчивая сервировку стола.
— Я не опоздала? — спросила Финч. Клэр всегда была такой собранной, что Финч чувствовала себя рядом с ней бестолковой.
— Как раз вовремя. — Клэр вставила веточку клематиса в вазу и, выпрямившись, улыбнулась Финч. — Энди в кухне. Уверена, что ей нужна помощь.
Волосы Клэр цвета кленового сиропа были собраны в узел, из которого выбивались кудрявые завитки, спускавшиеся на ее тонкую шею. Золотой медальон в форме сердечка, подаренный ей мужем Мэттом в честь помолвки — со вставленной фотографией Мэтта и его двух детей — выглядывал из-под кружевной блузки.
