Я как вспомнил, как стрелы отскакивали от шлемов и застревали в щитах… Вот это уже будет получше явно. Вот с этим можно и против рыцарей выходить.
Испытали. Сначала несколько раз выстрелил Виктор, с непривычки задирая ствол… То есть прицел. И хорошо било! Старую кольчугу протыкало, раздвигая кольца. Доспехи… Вот тут сложнее. Протыкало, конечно, но потом стрела застревала внутри.
— Мастер Виктор, а что это вы арба… Рохнийскими-то луками решили заняться?
— Да вот время свободное выдалось, посидел, подумал, что да как. И решил попробовать.
— Вот, тогда так надо сделать. Во-первых, стрелу полностью металлическую и как можно короче. Примерно семь диа… Семь толщин бери. Тяжелая она должна быть, увесистая такая. Острие из стали, вот такое. — Я оглянулся. Ну что за мир, где же рисовать-то… А, вот, мастер Виктор уже протягивает мне бумагу и уголек.
Карандаш бы хорошо изобрести!
Быстро я нарисовал на бумаге несколько линий. Получился такой вот клин, с короткой рукояткой. Ещё пара видов, вот так. Небольшое, совсем небольшое оперение… Да на фиг оно надо, пятьдесят шагов для такого оружия в самый раз. Потом, если с огнестрелом ничего не получится, будем и дальше с арбалетами баловаться.
— Вот такое вот. Это позволит пробивать доспехи.
— Сложно, но сделаем. — Сказал мастер Виктор.
Да чего там сложного-то, а? Эх… Достанет меня когда-нибудь вот это средневековое производство. Ну что им стоило лет за сто до меня устроить промышленную революцию, а? Сейчас бы уже спокойно станки усовершенствовал, и паровую машину можно было бы сделать, а так вот уже сколько с арбалетами возимся, а толк только сейчас какой-то выходит.
— Вот тут, по центру, где тетива в стрелу упирается, надо сделать прорезь. Это позволит стрелять вниз, стрела не соскользнет. Ещё, рычаг для натягивания тетивы сделать подлиннее. И приклад… — Последнее слово снова на русском, за что удостоился внимательного взгляда сержанта.
— Что это?
— Вот что. — Я перевернул бумагу, быстро изобразил. — Эту прижимать к плечу. Видел, как ты рохнийский лук под мышкой зажимаешь, так вот — не надо такого больше делать. Широкую часть прижимаешь к плечу, рукой вот тут берешь, потом спускаешь. Понятно?
Мастер Виктор покивал.
— А к продаже планировать?
— К продаже… — Я задумался. — Вот как сделаем. Мастер Виктор, сделаешь таких штук пятнадцать. К каждому по три десятка болтов… То есть таких коротких стрел, пусть они называются болтами. Сошьете пояс специальный, который через плечо носить можно, с кармашками, под один болт. Тоже шесть штук сделаешь. И пусть они у тебя пока что лежат…
— К завтрему приклад и пояс сделаем, а вот болтов… Чудно слово! Вот болтов-то не знаю. Штук по пять откую.
Коротыш меж тем отошел от тренировки, и завладел арбалетом. Покрутил в руках, попробовал прицелиться.
— Ваше Высочество, а ведь удобно получается. Держишь его, а рука не устает. И в любой момент стрельнуть можно. Нам такие дадут?
— Дадут, конечно. Как только их нормальные сделают. — Отмахнулся я. — Ты давай пока что с мечом учись! Подснежник-то вот что-то заскучал…
Коротыш вздохнул и двинулся к своему напарнику.
Неожиданно пошел мелкий снег, совсем маленькие снежинки. Ну что такое-то, лето уже почти, весна поздняя! А снег идет.
— Седдик, снег!
— Вижу. — Сержант вынул из пука палок, стоящих в горшке у стены, новую взамен измочаленной. — А ну вы, двое, ленивцы мохнатые! Пошли!
Подснежник и Коротыш ещё сильнее застучали тренировочными мечами. Неплохо так стучали, старались.
— Про нашего черного друга ничего не слышно? — Спросил я у Виктора.
— Весточку подали барону Алькону. Будут смотреть. Если на наемников не наткнется, то найдем. Выясним, кто такой да и что. Странный он какой-то. Ваше Высочество!
Да, ещё бы. Я его теперь и вспомнил, вот только-только. Тот самый раб с очень внимательными глазами, я от него иногда такие взгляды ловил…. Если остальные смотрят, как овцы, два и два сложить не могут, и чуть что, сразу в обморок, то этот вовсе не такой. Не вареный, скорее, жареный.
— Все черные как черные, вареные рыбины. А этот жареный. — Задумчиво сказал я. — Значит, будем его звать «жареным». Найти, пообщаться. Виктор, ты сам что скажешь, где может прятаться?
— Сложно сказать. В деревнях их не очень любят. Забьют до смерти. В городе тоже приятного мало. Таких слуг мало, все, у кого они есть, наперечет. Посидит пока в лесу, а как холодно станет, к людям выйдет.
Я демонстративно поглядел на небо, откуда спускались редкие снежинки.
Виктор проследил мой взгляд.
— Ну да…
— Поехали домой. — Сказал я. — Виктор, проводи, а? Остальные заняты. И с арбалетами тоже тренируйтесь, хорошее оружие…
— Да, Ваше Высочество.
Пока суд да дело, над городом сгущался вечер. Поужинали в «Ильичко», по-быстрому, настойка да пара мелких пирожков. Хозяин таверны ой как удивился, когда я передал ему свои пожелания. Пироги не больше ладони, теста поменьше, мяса побольше. Пару дней экспериментов, и вот, готово. Конечно, тесто оставляло желать лучшего, и есть их можно было только горячими, как в МакДолбальдсе, но все же прогресс… Количество посетителей увеличилось.
