Короче, очень богата и выразительна жизнь двора. Выходили, делали доклады. Один за одним. Королева скучала, но старалась вникать. Кому-то доставалось плетей, хватали, волокли во двор. Кому-то пара золотых или какая-то побрякушка. Кому-то просто молча кивали, следующий, мол. Иштван подсовывал королеве свиток за свитком, граф басил справа, я сидел на стульчике слева.
Сначала пытался вникнуть в то, что тут происходит.
И, сам неожиданно для себя, увлекся.
Шли к королеве много кто. От мелких аристократов до богатых глав цехов, они тут назывались гильдиями, старост городских и ещё каких-то важных и разодетых типов. Появилась даже делегация крестьян, штук пять субтильных мужичков разного возраста, в грубой одежке, подпоясанных - не, не поверите - веревками. И даже сидоры-рюкзаки были, какие-то.
Крестьяне поднесли дары, вырезанную из ценной породы дерева статуэтку. Дворяне похихикали в платочки и веера.
Королева с милостивым лицом выслушала просьбы крестьян избавить их от морового нашествия, прослезилась и приказала выдать крестьянам по три золотых и отправить с миром.
Крестьяне, задом пятясь, вышли.
Ну да, небось тут как в Московии ещё. Царь что бог, ему и молиться можно.
Дальше аристократу ввалили плетей за дерзость. А просьба-то была совершенно пустяковая, ввиду какого-то морового поветрия снизить на время налоги, да и войсками помочь.
-В замке сидит и носа не кажет. -Прокомментировала свое решение королева.
Потом ещё была делегация городских старейшин, с просьбой наказать зарвавшихся стражников, недавно избивших честных купцов на пристани. Королева обещала подумать, выдала старейшинам платок с королевского плеча, один на троих, и отпустила.
Делегация из трех аристократов почтенных годов просила поучаствовать в судьбе поместья их соседа, где сын мал ещё, не старше наследного принца, а взрослых мужчин лихоманка унесла. Протратит ведь сын все, протратит...
Снова всплакнула королева, выдала аристократам золотое блюдо с царского плеча, приказала Иштвану записать, а графу Дюку - проследить. Граф поклонился.
Значит, вот эта борода-бас зовется графом, да ещё и Дюком? Дюк Нюкем. Запомним.
Дальше пошли какие-то мелкие дела. Пропал купец, родственники ищут. Расплодились хищники на холмах, стража не справляется. У другого купца сгорел склад, он просил защитить перед кредиторами. Королева повелела выдать денег и отпустила с миром.
Несколько воров просили о снисхождении. Пойманные не в первый раз, им путь уже на плаху, или на каторгу пожизненную, что суд решит. Двоих отпустили, выдав мелкую серебряную денежку и наказав "Больше не шали", а одного, смотревшего наиболее дерзко, приказали запрятать обратно в тюрьму, "пока не исправится".
Королева была в хорошем настроении.
Вопросы, накопившиеся за время моего отсутствия, решались быстро.
Передо мной проходили люди королевства. Крестьяне, мастеровые, купцы, старосты городских улиц, несколько капитанов кораблей, пришедших с какой-то ерундой, просто засвидетельствовать себя при дворе, дворяне, преступники - воры и убийцы.
Вопросы совершенно разные.
Крестьяне с Закатного герцогства просят защитить от мора. Дворяне с востока просят смягчить налоги и войска, на что им выдается плетей. Второму тоже уже досталось, во дворе слышны вопли. Почтенные аристократы хмурились, но терпели.
Странно, в моей истории уже после Анны Иоанновны дворян не пороли*.
* - ГГ ошибается, ещё как вламывали... Разве что не на показуху.
Что там в герцогстве твориться-то? Может, эпидемия, как у нас чума, вымрем все?
Купцы просто дары тащат, хорошо что вы вернулись, Ваше Высочество, век бы без вас бедовали.
Старосты городские снова жалуются на распоясавшихся стражников. Бьют, обижают, взятки вымогают. Короче, не знают меры совершенно, Ваше Величество! Образумьте, слезно просим!
Та покивала.
Один староста пожаловался на праздник по случаю выздоровления принца. Типа намусорили, а убирать?
-Ступай себе! -Ответствовала королева, выдавая старосте золотой. -А ты, Седдик, больше так не делай! Я тебе! -Она погрозила пухлым кулаком.
Дворяне тоже по мелочи как-то поспособствуйте, примите ко двору, выдайте на бедность прозябающей на чужбине семье... Попрошайничали, короче, ничего серьезного.
А справа от трона, где стоял граф, прослеживалась партия. Или, как модно стало говорить в России, семья.
В центре торчал граф Дюка. Или Дюк, не знаю как правильно сказать, падежей тут не было... Это же не русский язык, а какой-то другой. Слова звучат совершенно иначе, хотя я его и знаю на хорошем уровне. Могу и в любви объясниться, и послать далеко, куда уж дальше. Разве что ещё пока не знаю смысла некоторых слов, ну да это дело наживное.
