— Если бы с твоим здоровьем были нелады, индикатор всё равно непременно бы покраснел по краю. Если бы эти нелады были серьёзные, продолжил бы краснеть от краёв к центру — кроме самой середины… А если бы твоё здоровье пострадало вплоть до изменения генетического статуса, сменил бы цвет на серый или чёрный… Но генетическую твою принадлежность к одному из трёх разрядов — белому, серому или чёрному — он определит по достижении зрелости, которой ты пока не достигла. Наличие менструаций для него ещё не является решающим критерием в этом вопросе — они могут начаться и у девятилетней девочки, так что — считать её женщиной? Теперь вернёмся к вопросу о мутантах. Ты, кажется, гордишься принадлежностью к ним?
«Да не особенно, — пожала она плечами. — Но и не стыжусь. Благодаря мутациям наш род выжил… Но благодаря им же нас и чуть не уничтожили обычные, нормальные люди…» — она задумалась.
Джей наблюдал за ней с минуту, потом сел напротив, заговорил, глядя в глаза — ему хотелось, чтобы до неё обязательно дошло то, что он говорил:
— Ну, допустим, ты действительно из какого-то соседнего мира. Но ведь ты, наверное, хочешь домой? Как ты предполагаешь вернуться?
Миль вздохнула. Вот это ей и самой очень бы хотелось знать.
«Не знаю я, как вернуться. Я даже не знаю, как меня сюда-то забросило. Только догадываюсь».
— Не поделишься догадками?
Миль в сомнении посмотрела на него — а надо ли? Хотя… хуже вряд ли станет. Ну, а если они ей и не поверят, что с того?
«Был бой, в который я вмешалась, чтобы спасти своего родственника, дядю, от другого моего родственника, деда по матери. Если я правильно всё помню, дядька уцелел…» — она погрузилась в воспоминания. А ведь и правда, пожалуй — уцелел…
Джей напомнил о себе, кашлянув:
— Бой?
«Да. Дед решил отомстить моему дяде… и его отцу… да и мне — за то, что я навесила на него проклятие, переданное ему моей бабушкой…» — осознав, как нелепо это звучит для этих вот серьёзных парней, она неловко улыбнулась.
«Продолжать?» — мужчины неуверенно кивнули, переглядываясь.
— И поподробнее.
«Как хотите. Когда дед понял, что я вмешалась, оказавшись таким образом в пределах его досягаемости, он обрадовался и переключился на меня. Думаю, он был не совсем в себе, после пяти-то лет страданий… Проклятие мстило ему за каждую подлость, на которую он решался, а он и прежде не был паинькой. За пять лет оно покрыло его тело почти сплошным ожогом… Любой бы озверел…»
Взглянув на лица собеседников, Миль увидела замешательство и любопытство.
«Ну вы же сами просили».
— Ты рассказывай, рассказывай, — кивнул Бен. Ему легче было поверить в её повествование — он чувствовал, что она не лжёт, а вспоминает.
«А что рассказывать… Помню, что он меня атаковал раз за разом, я как-то отвечала, а скорее, отражала — я ведь не доучилась до конца, боевой магией не владею, моя сила не в бою, а всё больше в целительстве. Но за меня сражались все мои предки и родичи — а на его стороне не было никого. И всё-таки он меня достал… но не убил. Как-то смог выбить меня… сюда. Нам на занятиях даже никогда не рассказывали, что такое вообще, в принципе, возможно. Джей, — она только сейчас вспомнила: — А на мне было платье — коричневое такое, с вышивкой на плече, вот здесь?» — она коснулась зажившего ожога.
— Было на тебе это твоё коричневое платье, только вместо вышивки там имелась жжёная дыра, а под ней — ожог. Я его, прости, выбросил.
Миль не сдержала огорчённого стона.
— Ну извини, я же не знал, что оно тебе так дорого… На вид — тряпка тряпкой. Разве то, что на тебе сейчас — хуже?
Миль оглядела себя, провела рукой по ткани. Они совсем неплохо её одели, приобрели всё — от белья до обуви… и по размеру, и красиво. И, наверное, недёшево…
«Да нет, всё очень хорошо, — бодро похвалила она их выбор. — А то платье было и в самом деле очень старым. Просто… — запнулась она, — его шила ещё моя бабушка… и нашивка, которую она сделала, спасла мне жизнь. Наверное… Это было не просто украшение, это было сложное, мастерски сплетённое заклятье».
Джей не утерпел — наклонился, демонстративно всматриваясь в текст.
— Нет, не показалось: заклятье, проклятье, магия… Боевая — и какая ещё?
Миль глянула на него с вызовом и застучала по клавишам:
«А разная бывает магия. Боевая. Лечебная. Бытовая. Погодная. Стихийная. Магия крови. Магия управления. Защитная магия. Поисковая. Любовная: отвороты-привороты. Слыхал?»
Джей скептически заломил красиво очерченную бровь. Миль упрямо тряхнула тяжёлой косой, отбрасывая её за спину:
«Потому что мутантами, Изменёнными и Ведами мы зовём себя сами. А нормальные, простые люди в нас не верят и нас боятся, сочиняют про нас сказки, легенды и поверья, обращаются к нам как к последнему средству и зовут нас — колдунами и ведьмами, а если хотят быть вежливы — волшебниками. Только вот не бывает волшебства, а магия — бывает».
Бен вклинился между ними и попытался остановить спор, но не тут-то было — Миль отодвинула его и продолжала:
«Можешь спорить со мной сколько хочешь, но в вашем мире магии если и нет сейчас, то когда-то она точно была».
— С чего ты взяла это?
