– Илка, ты по-прежнему бесподобная красотка! И шрам на виске скрыт под волосами. Надо радоваться, что всё обошлось. А писать левой рукой ты сможешь?
Илона взяла левой рукой ручку и что-то написала изменившимся почерком. Мэгги взглянула и удивилась:
– Нормально! Я вижу, что ты уже двигаешь сломанной рукой, тоже достижение. Ты разрабатывай руку и имей в виду, что можно писать и левой, теперь левшей развелось очень много. Не смущайся! Почаще любуйся собой в зеркале.
– Спа…ссси… бо. Мм.. не… нна…до рр…речь… восс…
– Понятно, тебе надо побыстрее восстановить прежнюю беглость речи. Мы займёмся тобой, не горюй! – Мэгги осторожно поцеловала Илону в щёку. Саша стал рассматривать лицо Илоны, потом сказал:
– Ничего, главное в том, что ты осталась красавицей, подберёшь другого жениха. Мы найдём для тебя специалиста по лечебной физкультуре.
– Кл…але…ека и зз..аи..кка нне ннуж…нна..нни..
– Не горюй! Это у тебя временно! Разрабатывай привычку писать левой.
Клиника лечебной физкультуры в Салониках, куда обратилась Мэгги, порекомендовала некоего Димитриоса Цакаса, крепкого мужчину лет сорока, который стал посещать Илону дома и заниматься её рукой. Другой доктор, тоже симпатичный мужчина по имени Алексис Папаиоаннидис, которого Илоне порекомендовал Цакас, стал тоже на дому лечить её от заикания. Сеансы лечения руки и восстановления нормальной речи проходили ежедневно. Вначале Илона мучилась и плакала, потому что речь никак не восстанавливалась, а рука после каждого занятия болела ещё сильнее. Но потом вдруг Илона позвонила и заговорила с подошедшей к телефону Мэгги своим прежним голосом и в почти обычном для неё темпе. Мэгги подозвала к телефону мужа:
– Ты только послушай! Какая же Илка молодец! Она снова нормально говорит!
Саша взял трубку:
– Илка, я и Мэгги мы оба очень рады за тебя. Представляем, как тебе было нелегко, но ты своего добилась. А с рукой как?
– Сашка, я купила гантели и укрепляю обе руки. Левая побаливает после упражнений, но доктор говорит, что так и должно быть. Кстати, специалист по лечению заикания родился и жил в Сухуми. У него хороший русский язык. Сухуми – это ведь не Россия, а Грузия? Или я ошибаюсь? Что-то не помню, я там не была.
– Раньше Сухуми был в Грузии, но там население в значительной степени не грузинское, та часть Грузии теперь независимая республика Абхазия, она даже воевала с Грузией. Россия поддерживает Абхазию и помогает ей. Сухуми переименован в Сухум.
– А специалист по лечебной физкультуре раньше жил в грузинской столице Тбилиси, но там была гражданская война, его сестру убили, и он не знает, кто это сделал и за что. Поэтому вся их семья переехала в Салоники. Тут, оказывается, много бывших граждан СССР, особенно из беспокойных мест типа Грузии, Абхазии, Средней Азии, даже Украины и Крыма. Насколько я поняла, греки, с одной стороны, официально им рады, но в душе отделяют их от коренных греков и презирают их, это как бы греки второго сорта. У меня будет такая просьба к Мэгги. Я вроде бы восстановила свою руку, но неуверенность в движениях никак не проходит. Мне нужна не то домработница, не то горничная, не то повариха, а лучше, чтобы один человек выполнял любые работы в доме. К тому же у меня бывает сильное головокружение.
– Илка, тебе не сразу удастся восстановить свою работоспособность.
– Нет, работоспособность есть, причём я теперь одинаково хорошо пишу и правой, и левой! Но всё ещё нет уверенности в движениях, и головокружения замучили. И открою вам ещё исключительно важный компонент лечения: это ежедневный секс с обоими врачами. Оба в постели выше среднего, особенно тот, который по лечебной физкультуре! Но в мужья не годятся: глупы и малообразованны.
– Илка, мы рады за тебя и поможем найти домработницу.
