Этэр с отцом и статная женщина, обнявшая за плечи своего сынишку, кажется, ровесника Этэра. Он был высокий, стройный и бледный, как все атланты, с волосами необычного серебристого цвета, каких никогда не бывает у людей. Несмотря на страх, девочке стало любопытно — какого цвета у парнишки глаза? Он, как назло, стоял к ней вполоборота и чему-то улыбался.
— И где же ваш человек, Лаариа? У представителей семейства Ла Ори уже отобрало дарованный кристаллом дар чуять?
— Странно. Аура резко переместилась и поменялась. Возможно, в саду было два человека…
— Мама, вам кажется, — неожиданно заметил среброволосый, — Это возмущения пространства, вызванные водой. В саду один человек, я уже подчинил его волю. Он идёт сюда.
Амэли тихонько всхлипнула, ожидая, когда ноги перестанут повиноваться ей. Она не сможет и пикнуть, покорно сдаваясь в руки господ, которые не пожалеют…
В этот момент на поляну, блистая остекленевшими глазами, выскользнула Тиша.
— Итак, что ты здесь делала? — поинтересовалась женщина низким голосом, который даже в голове Амэли отозвался резкой головной болью, — Плохо же ваш род умеет воспитывать рабов, Таэ Эриатта. Видимо, дар целителей делает вас мягкотелыми…
Хозяин Амэли побагровел, уловив презрение в голосе собеседницы. Он повернулся к Тише.
— Что ты здесь делала?
По щекам Тиши стекали слёзы, но пошевелиться она не могла.
— Я искала здесь Амэли… Я не знала, что уже на территории господ…
— Всё ясно. Эттератилион, она — твоя рабыня.
— Да, — бросил Этэр равнодушно и взглянул на Тишу. Амэли напрягла все силы, чтоб метнуться вперёд, объяснить, что это она во всём виновата…
Тело не слушалось. Среброволосый почему-то качнул головой. В этот момент Этэр сжат руку в кулак, и Тиша упала на землю, захлёбываясь кровью. Амэли попыталась закричать, но из сведённой судорогой глотки не вылетело ни звука. Пару мгновений спустя всё было кончено.
— Надо будет убрать это быдло отсюда, — заметил Этэр, слегка толкнув свою рабыню носком башмака. Тихо переговариваясь, атланты ушли, но парень с серебристыми волосами задержался. Повернувшись, он насмешливо глянул на Амэли. Его глаза оказались необычного золотистого цвета. Очень красиво…
— Вообще-то они у меня меняют цвет, — сказал он, — И я б тебе не советовал сильно горевать насчёт неё, — он кивнул на Тишу, — Ты умнее и сильнее. Каждый сам за себя. Мы ещё свидимся, крысёныш. Я тебя запомнил.
Кивнув Амэли на прощание, он скользнул прочь. Только тогда она осознала, что с ней он говорил на языке господ.
— Ой! — охнула я, ударившись обо что-то спиной. Вокруг плыл разноцветный туман. Я была не способна шевелить конечностями. Бедная Тиша… это я виновата в том, что она умерла… а почему болит спина?.. я что, снова с лошади упала? Нет, тогда было больнее. Наверно, просто раны ещё не зажили…
В этот момент я увидела перед собой лицо парня. Глаза его резко поменяли цвет. Он атлант!!
Я охнула от ужаса и метнулась в сторону, дрожа всем телом.
— Я не виновата, я попала сюда случайно, простите, мой господин, — прошептала я, сжавшись в комок и не поднимая на него глаз. Я услышала его голос, но не поняла ни слова. Я разучилась понимать язык атлантов! Я сжалась в клубок и спрятала лицо в ладонях.
— Вы убьёте меня, как Тишу?
Неожиданно меня кто-то подхватил на руки и обнял. В глазах потемнело.
Очнулась я с такой дикой мигренью, что захотелось закопаться под одеяло и сразу же уснуть. Увы, было очевидно, что такое счастье мне не грозит. Я застонала, силясь свернуться клубочком, но чьи-то руки удержали меня от этого.
— Клара? — смутно знакомый голос прозвучал тихо и неуверенно.
— Нет, блин, твоя покойная прабабка! — рявкнула я, пытаясь сбросить с себя настойчивые горячие руки. — Рик, у меня натуральная мигрень, прошу, оставь меня в покое.
С неимоверным трудом я наконец разлепила глаза. Увиденное шокировало меня настолько, что мигрень плавно отступила на второй план.
Я лежала на мягком ковре, закутанная в одеяло. Кровать, на которой я засыпала, была смята, полог покорёжен, всё было забрызгано бурыми пятнами. Но это ещё были цветочки по сравнению с выражением лица Эрика. Бледный, черты лица заострились, мелко вздрагивают кончики пальцев…
— Рик… что произошло?..
Вместо ответа он поднял меня с пола, вынес из комнаты, где нестерпимо пахло какой-то затхлостью и кровью. Молча, почти не глядя на меня, он поволок меня в ванную. Прежде, чем я успела возразить, начал снимать с меня одежду.
— Эй…
Я взглянула ему в глаза. Слова возмущения застряли в горле. Я безучастно наблюдала, как вещи, пропитанные кровью, летят к моим ногам. Кровью??!!
Я охнула и метнулась к зеркалу. Вернее сказать, попыталась это сделать, поскольку меня тут же шатнуло и повело в сторону. Эрик, который в это время что-то шептал над водичкой, тут же очутился рядом.
— Я хочу себя увидеть, — слова давались с трудом.
— Пока не стоит, — шепнул он мне.
— Рик, прошу…
Вздохнув, он поднёс меня к зеркалу. Н-да…
