Существо растаяло, его заменила цифра 13. А я глупо таращилась в пустоту. Значит всё это время не только мы, люди, но и атланты были только экспериментом какой-то древней расы, представители которой смогла всё это безумие предвидеть наперёд. И я только что помогла им определиться в ответе на вопрос, кому стоит выжить, а кому умереть — только и всего.
Мы все в одной лодке — и господа, и рабы. Время от времени мы просто меняемся местами…
Я мотнула головой и рванулась вверх по ступенькам, крича:
— Бегите! Спасайтесь! К пристани, живо!!!
***
Я как раз успела собрать всех людей и организовать их, когда цифра тринадцать над осколками сменилась двенадцатью. Стало ясно — убегает наше время. Не медля ни минуты, мы направились к порту, благо он был совсем недалеко от владений Дэрона.
Люди грузились на корабли, стараясь захватить с собой как можно больше, а я стояла и смотрела на море. Оно волновалось и пенилось, земля трусилась, словно в лихорадке, резкий ветер трепал мои волосы, оставляя на губах солоноватый привкус — то ли моря, то ли крови. Не поймёшь…
Вместе с рабами на берег примчался управляющий-атлант. Он пытался подойти к кораблю, но сила его не пускала. Всем чистокровным атлантам суждено умереть со своим островом…
— Это нормальная цена. За всю ту боль, что они причинили, за таких, как Тиша. Это достойная месть за то, что вы сделали со мной, что вы из меня сделали, за всё, в чём я теперь буду себя винить. Вы заслужили этого, слышите?! Вы сами подписали себе приговор, сами! Не я, так кто-то другой, не сейчас, так годом позже — вы сами предрекли такой конец!! Манипуляторы, убийцы, лжецы! Вы сами создали нас, это вы нас такими создали! И я вас всех ненавижу, мне плевать, я сейчас сяду на корабль и уплыву, потому что я выиграла!!! — сначала я шептала, а теперь кричала это бушующим волнам, уже не сдерживая слёз. Я кричала, чтоб перекричать мерзкий голосок внутри, который шептал: 'Ты убила его, убила. Но кто ты без него?'
И я вдруг с ошеломляющей ясностью поняла — никто. Он мой хозяин, мой любовник, мой любимый. Он единственный сумел меня приручить, он мой единственный Господин — и как бы далеко я не бежала, никого уже для меня не будет — только Он. И мне уже не видать свободы, потому что меня нет без него…
Должно быть, у меня был шок, а, может, что-то ещё — я не знаю. Но все мои мечты забылись, все мои стремления растаяли, как туман. Я сломалась. После того, как пережила все издевательства Лэада, все кошмары рабства, после того, как я обхитрила нескольких атлантов, после боли, от которой любой бы спятил, после унижений, вины, насилия — я выжила. А в тот момент сломалась.
— Поздравляю, Дэрон. Тебе удалось то, что оказалось не под силу Лэаду. Ты таки сломал меня. Мне всё равно.
Я стояла и смотрела, как люди заходят в корабль, как ссорятся из-за чего-то женщины, кричат мужчины… Я не спешила туда. Я уже никуда не спешила. Колени подогнулись, и буквально упала на холодную землю. Только сейчас я поняла, как дико болят обожжённые руки, как меня лихорадит — и как мне холодно.
И я снова прикрыла глаза. Ты был прав когда-то, Лэад. Умирать не больно. Больно жить.
— И что ты делаешь, позволь спросить? — прозвучал насмешливый голос над головой. Я подняла глаза — и вздрогнула, глядя на него. Но ничего не ответила.
— Подойди ко мне, — велел он, а я поняла, что граница его не пускает, мешает подойти. А ещё — я знала, что если подойду, он убьёт меня. Это будет логично.
Я вдруг засмеялась, легко поднялась и шагнула через границу, подчиняясь приказу. Я смело взглянула в его глаза, не отводя взгляд. Я ждала удара — и подходила всё ближе. Наконец я замерла в полушаге от него.
— Почему ты ещё здесь? Почему не уплыла? — спросил он.
— Не хочу. Я останусь.
— Нет. Ты уйдёшь. Тебе сейчас плохо, девочка, ты многое пережила. Жаль, что я не могу залечить все те раны, что в твоей душе — просто не сумею. И не успею, увы. Ты сейчас плохо соображаешь, тебе больно, но ты уйдёшь, слышишь?
— Зачем? — уточнила я равнодушно.
— Я тебе приказываю. Разве этого мало?
— Ты… — прошипела я в бешенстве, заглянула в глаза атланта и увидела там смешинки, — Ну ты и сволочь, господин мой!
Он ухмыльнулся, а мне стало вдруг легко. Я поняла, что должна позаботиться о своём ребёнке, вспомнила, что от свободы, о которой я мечтала всю жизнь, меня отделяет лишь миг…
— И я уеду поэтому, а не потому, что какой-то паршивый атлант с серебристыми волосами мне что-то там приказал!
— Тебе приказывать — гиблое дело, крысёныш! Ты выполнишь, но по-своему.
— Дэрон, меня зовут Амэли. Я не крысёныш, я человек. Запомни это. И знай — с самой первой встречи я хотела это сказать.
Он усмехнулся.
— Мы ещё увидимся, Амэли. Видишь ли, атланты верят, что все мы возвращаемся в совсем другом времени и теле, чтоб исправить ошибки, некогда допущенные. Вот, возьми, — он одел мне на шею серебристый кулон с прозрачным камнем. Я ощутила комочек тепла, свернувшийся где-то внизу живота, и увидела, как по камушку змеится надпись: Рэ-гина.
— Что это?
