— Ну, в форме зерна граната, который ещё по традиции дарят земным любимым…
На мгновение Эдгар застыл, а потом неожиданно расхохотался.
— Ты чего? — изумился я.
— Ох, а ведь я почти поверил… ну, братец, ну, каналья… уважаю! А то я уже думал самостоятельно твою любовницу на Земле отлавливать и насильно в Дит тащить!
Я подозрительно косился на него, подозревая, что от постоянного общения с папашей дражайший родственник, наконец, спятил.
— Ох, брось! — мурлыкнул он, заметив мой вопросительный взгляд, — только не нужно мне тут втирать, что ты весь такой добрый-добрый, чистый-чистый, не знаешь, зачем по традиции земным девочкам дарят именно такие кулончики? В форме гранатового зёрнышка? Вспомни, что он символизирует? Это кусочки древнего камушка. 'Я с тобой, где бы ты ни была'.
— Ну, я знаю. Его кто-то когда-то кому-то подарил, с этим было связано много эмоций, на ауре камушка это очень отразилось…
— Да. И поверь, она вернётся к тебе, братец. Не сможет не вернуться. Так что найди себе парочку симпатичных цыпочек и не мучайся, твоя рыженькая максимум через год прибежит обратно, причём ты для неё будешь иконой, на которую нужно молиться.
— Ты хочешь сказать, что этот камушек подавляет волю?
— Ни в коем случае. Просто он напоминает, что наш главный враг — наше сердце. Она не оставила кулон? Не выбросила? Значит, точно так же она не сможет избавиться от влечения. Мир не в радость ей станет без тебя. Это то, что средневековые священники называли искушением, а наши предки-атланты — манией. Ты вот тоскуешь по ней, братец, а для неё станешь просто шизой. Знаешь, в чём там шутка? Можно забыть любимого, если долго его не видишь. А если постоянно слышишь его голос, видишь в толпе лицо, чувствуешь запах, в конце концов? Тут уж задачка посложнее…
Я потрясённо смотрел на Эдгара. Он усмехнулся и вопросительно приподнял бровь.
— Да это просто зелье какое-то приворотное! — пробормотал я.
— Это круче. Волю не подавляет, просто будоражит инстинкты. Но, если ты очень хочешь, я могу найти её и попытаться забрать твой подарок. И?
Он ухмыльнулся. Его зрачки расширились, а улыбка обнажила острые клычки. Ни дать ни взять демон-искуситель, только рожек не хватает! Знает ведь, сволочь, что не смогу я её отпустить, что догадывался, что дарю! Знает — и играется, как кот с мышью!
— Ты — страшное существо, Эдгар, — заметил я печально. Он хмыкнул:
— Ну, последний наследник Ла Ори, как-никак.
— Значит, мы таки не братья, — резюмировал я. Он хмыкнул и очень серьёзно посмотрел мне в глаза:
— По крови — нет. Но тебя знаю с тех пор, как тебя притащили сюда в двухдневном возрасте. Знаешь, тот вопль, который ты издал, увидев меня, до сих пор звенит в ушах! И я не позволю, чтоб ты о чём-то тосковал, тем более из-за какой-то девчонки с Земли. Я б притащил её за космы сюда прямо сейчас, сломал бы, и высшей наградой для неё стало бы выполнение твоих желаний, но я вижу, что ты её любишь. А значит, просто подожди немного — и она сама придёт к тебе. В конечном итоге, для нас год — это почти мгновение, так что, малыш, не забивай голову ерундой.
Я поднял на Эдгара глаза. Как и в детстве, после разговора с ним стало просто и легко. Я смотрел в глаза, которые сегодня имели тёплый янтарный оттенок, и с грустью думал о том, сколько нужно прожить и пережить, чтоб смотреть на мир так — и так его понимать. Вот сейчас он поднял в моей душе натуральную бурю в стакане. Но, вместо чувства вины или злости, на дно осели слова: она вернётся.
Клара
Я щурилась от яркого солнца, лучи которого никогда не заглядывали в Дит. Я вдыхала тёрпкий аромат бензина, фастфудов, слышала грохот трамваев и шум машин, видела толпы людей, снующих куда-то по своим делам. Мне хотелось кричать во всё горло: "Я жива, слышите?! Я жива!!"
Я двигалась в пестрой толпе, слышала крик: "Хачяпури горячий, дёшево, сытно". Сигналили машины, водители прочувственно орали друг на друга матом, мои ровесницы увлечённо строили им глазки, сверкая глупыми улыбками. Я шла по знакомым улицам и беспричинно смеялась.
— Скучаешь, красавица? — пропел чей-то голос над самым ухом. Я изумлённо оглянулась и увидела улыбчивого парнишку с весёлыми сероватыми глазами.
— Нет, а что, очень похоже?
— Ладно, пойдём другим путём: как пройти в библиотеку? Если не знаешь, то: девушка, а мы с вами никогда раньше не виделись?
— Разве только в прошлой жизни! — усмехнулась я.
— Я знаю, ты иностранка!
— Почему это?
— Только они у нас могут так искренне улыбаться! Красавица, хочешь, пообедаем вместе?
— Нет, прости. Дела. Если судьба, ещё свидимся!
Помахав весельчаку рукой на прощанье, я двинулась сквозь знакомый парк. До меня доносились обрывки разговоров:
— Антошенька, ты мешаешь мне идти! — слышала я возмущенный женский голос.
— Нет, мам, ты не поняла. Иди за моим задом!
— Милая, ты хочешь клубничное мороженое?
— Нет.
— А кофе?
— Нет.
— А…
— Да поцелуй меня, в конце концов!!!
