Чистые и прозрачнейшие окна от пола до потолка. Старые, в позолоченных рамах, и чуть выцветшие, картины на стенах. Лепнина и барельефы под высокими и расписанными яркими фресками потолками. Красного дерева скамейки со спинками между дверей. Тоже между прочим из благородной древесины. Прямо-таки витает запах благородства и богатства.
И никого! Ни единого человека в коридоре. Никто не бегает, ни ходит, не шумит. Хотя, сейчас же каникулы, а до поступления новой порции студентов еще несколько дней.
Наши шаги по белоснежному мраморному полу разносились гулким эхом.
Цель Белоусова была резная двустворчатая дверь в конце коридора.
Он дождался пока я подойду, чуть приоткрыл створку двери и сделал мне приглашающий знак.
— Ну-с, Демидов. Дерзай! — он по-доброму усмехнулся. — Ректор предупрежден о твоем визите. Передашь ему письмо. Если что — переговорник у тебя. Буду следить за твоими успехами.
Он хлопнул меня по плечу и открыл дверь.
Ну а что я? Я вошел. Чего стесняться-то? Стесняться нужно только одетым в бане! Подумаешь ректор магической академии… И не таких видели. Я вон давеча с самим императором трапезничать изволил.
Дверь за мной закрылась, отгораживая от тихого коридора.
— Ну, что ж ты стоишь? Проходи молодой человек! — Сидевший в глубоком, мягком кресле ректор, усмехнулся в бороду с проседью. — Знакомиться будем.
Вот это да. Таких людей я здесь еще не встречал. Даже сидя ректор внушал благоговение ростом, объемами плеч и магической силой.
Могу ошибаться, но, по-моему, рост у него за два с половиной метра и соответствующие плечи борца. Тот же Родион может показаться ребенком на фоне этого гиганта, а если еще присовокупить чудовищную магическую силу архимага двух аспектов — водного и земляного… В общем мужчина внушал.
О его возрасте было сложно судить — на вид пятьдесят лет, но поди ж ты разбери сколько ему реально. Святослав Первый вон тоже выглядит молодо.
Черноволосый, с прямыми длинными волосами и шикарными усами. Зеленоглазый с правильными чертами лица.
Черт, я же совсем забыл спросить у Белоусова как его зовут, но мне помогли.
Ректор
— Я ректор магической академии — Рудой Александр Львович. А ты, я так понимаю, Демидов?
— Да. Демидов Алексей Владимирович, — поклонился я. — Мечтаю быть студентом в вашем учебном заведении.
Ректор хмыкнул, рассматривая меня с ног до головы.
— Насколько я знаю у тебя должно быть письмо? — он протянул руку.
Дьявол. Что мне стоило достать конверт заранее?
Я быстро скинул сумку с плеча, развязал завязки и протянул ему письмо.
— Ты присаживайся, — сказал он, ломая печать изящным ножом. Хотя в его руке любой боевой нож покажется изящным и игрушечным. — В ногах правды нет.
Сломанная печать коротко засияла, видимо признавая право на чтение, и осыпалась на пол синими искрами. Интересно, а если бы печать не признала адресата? То синими искрами рассыпался сам конверт? Наверное, так бы и было.
Я осторожно сел в кресло, стоявшее напротив ректора и пока он читал — рассматривал кабинет. О человеке много может рассказать окружающая обстановка. Судя по книгам, высокими стопками сложенными на столе, ректор был человеком деятельным и увлеченным. Большинство из лежащих книг были либо открыты, либо с большим количеством закладок.
Кабинет большой, но скорее не солидный, каков был бы присущ магу его ранга и должности, а скорее нечто совмещенное — библиотека с лабораторией. Причем лаборатории химической — у стены стоял стол, заставленный всякими заполненными ретортами, металлическими змеевиками и мензурками в деревянных стойках. Четыре пузатых, под потолок, шкафа набитых книгами. Небольшая стремянка возле одного из них.
Аккуратный кофейный столик с пузатым самоваром на нем, блюдом с сушками, открытой книгой с пометками на полях и чашкой с уже остывшим чаем.
Значит Александр Львович скорее ученый нежели администратор, а с таким куда проще найти общий язык.
Рудой дочитал письмо, посидел в задумчивости с минуту, смял бумагу в комок, подбросил и скупым движением руки, небрежно распылил его на мельчайший части, которые бесшумно осели на ковер под его ногами.
Я мог только завистливо вздохнуть. Кроме полыхнувший зеленым в его теле силы я фактически ничего не успел заметить. Интересно… Так с любым предметом можно?
— Ну что ж делать то с тобой, — задумчиво произнес ректор. — Святослав пишет, что у тебя два аспекта — огненный и воздушный? Так?
— Именно так, — подтвердил я встав.
— И ты знаешь уже несколько заклинаний?
