Я почесал голову. Про дуэльный кодекс я читал в книгах, но никогда дуэли не видел. Хотя тот же Новоист маленький, провинциальный городишко и аристократов в нем кот наплакал, а уж магов и того меньше. Другое дело Тир. Столица! Куда не плюнь — попадешь в дворянина. И мне действительно исполнилось шестнадцать лет. По местным меркам — вполне себе совершеннолетний. Можно хоть жениться, хоть участвовать в дуэли до смерти.
Это разборки среди простолюдинов выглядят просто — дал что есть мочи в зубы или снес мечом голову и все — проигравшая сторона уносит в унынии тело, выигравшая идет в кабак. И у мещан все же были определенные приличия поединков — мелких не трогали. У аристократов же — дуэльный кодекс и разница в возрасте между противниками не играет никакой роли. Вполне возможны поединки между недорослем моего возраста, только-только познавшего свой дар, и опытным магом шестидесяти лет. Угадайте кто выйдет победителем? Вот-вот. Поэтому сделал зарубку себе на память — стараться не влезать в дуэли. Хотя с моей кармой… М-да…
Белоусов строго на меня посмотрел потом продолжил:
— Да все нормально. У купца в доме мои люди. Твоих ребят разместили в казарме еще вчера одновременно с тобой. Но хотя, проблема с синоби на текущий момент устранена.
Я непонимающе посмотрел на него? Договорились что ли?
— Тот отряд, что шел за вами — устранен! — сухо сказал Белоусов. — Только одного отпустили. С посланием главе.
Ого! Кажется, игра пошла по-крупному. Что-то я не слышал о подобных схватках между Накующими и кланом синоби. Хотя, такие события и не должны были служить поводом пересудов, но насколько я понял раньше государственный службы и синоби жили по принципу — ты не лезешь в наши дела, я не лезу в твои. И нарушить статус кво должна была серьёзная причина. Например, приказ императора и не сложно было догадаться, что или точнее, кто, послужил причиной этого приказа. Вот так вот. Меня уже встраивают в сложный механизм государственного аппарата. Понять бы еще какой фигурой. Но зачистка игрового поля уже началась.
— А Некто… Вы допросили задержанного мага?
— Допросили и он дал очень интересные сведения. Работа по их проверке ведется.
Ух ты. Каким сухим тоном он заговорил. На языке спецслужб это значит, что мы выяснили кто и где, но подозреваемый ушел и хрен его знает где он.
Судя по тому, что мне не хотели говорить его имя, это был кто-то из самого верха. С самой вершины. Кто-то из небожителей.
Надо пособирать слухи кто подался в бега вчера или сегодня из именитых граждан. Об обычных людях сложно собирать информацию, а вот о богатеньких и публичных — запросто. Их челядь обычно не упускает случая промыть им косточки в беседе, скажем, с галантерейщиком. Как говориться, галантерейщик — это сила! Что знает галантерейщик — знают все.
Сделал себе еще одну зарубку на память. Догадки вещь хорошая и правильная, но для устранения угрозы надо знать точно. Я не и з тех, на кого можно открывать охоту и оставаться после этого в живых. По крайней мере долго.
Дальнейшая дорога проходила за заунылой речью Белоусова — что можно делать в Академии, а чего нельзя дабы не опозорить честь мундира Наказующих и выжить в этом страшном месте. Как с ребенком, право слово. Поэтому, когда мы приехали я благодарил небо что наша дорога и речи Ильи Аркадьевича окончены.
Мы прошли арку и зашагали по мощеной дорожке между домами. Собственно, строения не отличались до стены Академии и после. Те же двух-трехэтажные аккуратные домики с остроконечными крышами из красной черепицы. Те же небольшие таверны, наполнявшие воздух запахом сдобы и жареного мяса. Такое же разнообразие магазинов и мелких лавочек. Такие же неторопливые прохожие, снующие вокруг нас.
Отличие я увидел, когда мы прошли по извилистой улочке, с многочисленными поворотами, пяток кварталов и вышли к большой площади, на которой собственно и стояли корпуса и административные здания магической Академии.
Ну, что могу сказать… Лепота.
Центрально здание изяществом и архитектурными формами смутно напоминало императорский дворец. По видимому их построили в одно и то же время и один зодчий.
Здания сразу внушали понимание, что это моя будущая альма матер.
Что это мое.
И что я, во чтобы это ни стало, буду здесь учится!
М-да… Давненько я не бывал в святая-святых высших учебных заведений — кабинетах руководства. Мои то студенческие годы закончились еще пятьдесят лет назад, в другом мире и в другой жизни.
Как я и предполагал центральное и самое величественно здание в ансамбле Академии было административным корпусом.
Я думал, что Белоусов меня проводит только до Академии, но он молча вошел в здание и пошел вперед. Соответственно мне не оставалось ничего другого, как семенить сзади по широкому, мраморному коридору, стараясь не отставать и по пути вертеть головой осматривая внутренне убранство корпуса. А посмотреть здесь было на что.
Нет, не императорский дворец конечно, но тем не менее вполне и вполне достойно.
