Это он. Архив отца. Очень и очень полезная штука, в моей ситуации. Хранилище грязных тайн, гнилых секретов, могила преступлений. Информация. Правительница мира, если верить диванным философам из паутины. И где-то там, внутри железного ящика, лежит то, что было нужно нашему врагу Соколову. Ценная и опасная находка.
Опасаясь за сохранность архива, отец отдал его на хранение нашему дальнему родственнику. И вот ирония Судьбы. Манор пал, уцелевшие родственники разъехались — доступ к архиву исчез. Отца это не очень сильно беспокоило. Но в завещании он тщательно описал как сам ящик так и его примерное расположение.
Я отправил Ика наверх, а сам попер сундук к выходу, по дороге прикидывая, пройдет ли он в раскопанное мной отверстие. Ничего. Своя ноша не тянет. Вытащу!
Протискиваясь задом в тесную дыру и волоча за собой тяжеленный сундук, я услышал снаружи яростный визг Ика.
Сразу накидываю «Плащ теней». Повернуться в узкой дыре невозможно. Сундук я оставляю. Так что, нелепо пятясь как рак, я выбираюсь из импровизированной ловушки.
Прямо возле себя обнаруживаю искаженного волка. Еще одного волка атакует Ик. Мартых вцепился пальцами в глаза чудовища. Хвостом обхватил пасть. Волк мотает мордой, но избавиться от разъяренной обезьяны не может.
ИЗМЕНЕННЫЙ ВОЛК
На ходу рублю стоящего рядом волка по хребтине Буревестником. Минус один. Ну или плюс две половинки волка. Как кому удобнее считать.
Быстро оглядываюсь.
Хмарь нахлынула в руины манора и стелется по земле. Кое-где ее завихрения взметаются выше человеческой головы. Искаженная волчья стая атакует, появляясь как будто из этих самых завихрений. Их все больше.
В стенах манора гулко разносится выстрел. Парочку волков, метрах в пяти от меня, сносит зарядом картечи. Одного прямо в объятия плотоядного плюща. Тот сразу захлестывает жертву плетьми и начинает сжимать. Хрустят ребра.
Второй волк дергается на земле. Картечь рулит.
Ик прыгает к следующему волку, а его предыдущая жертва падает и скрывается в молочно-серой пелене.
Все это отмечаю краем сознания.
Выстрел дробовика.
Уворачиваюсь, рублю, колю и режу.
Искаженные твари ложатся под мои клинки как колосья, сочась белесой жижей, которая у них вместо крови. Я уже штук пятнадцать нарубил. Драка без раздумий и компромиссов. Как в старые добрые времена. От пролома раздается канонада револьверных выстрелов. Ребята подключились к побоищу. Начинаю пробиваться к пролому, чтобы прикрыть своих. Вот тебе и зачищенная территория. Такое ощущение, что Хмарь ополчилась лично на нас. И пытается взять измором. Через десяток трупов и перекатов встаю перед проломом.
Кричу:
— Патроны экономим, револьверы! Тыл контролируем! Прикрываем перезаряжающегося! Ива, не вздумай цепочку снять, удавлю! Я здесь вывезу! Ломов! Дробовик — перезаряжай!
Уже жалею, что не открыл грани массовые. Сбивающие с толку. Хотя пока и клинками отлично справляюсь.
От дальней стены манора доносится рев. Немногочисленные, оставшиеся волки бросаются в рассыпную. Последним, натыкаясь на стены и прожигая шкуру ядовитой плесенью, сваливает волк, в голову которого вцепился Ик. Прям всадник апокалипсиса на минималках. А туман между тем уже очертил контуры очередного гостя.
Что это было раньше… Ну, наверное, медведь. Сейчас же здоровенная страхолюдина выглядит как смесь жирафа и медведя с дикобразом. Шерсть превратилась в жесткие, торчащие во все стороны иглы. Здоровенная, с годовалого ребенка голова на длинной шее. Монстр клацает зубастой пастью. В холке зверюга превышает мою макушку. Круша остатки бетонных конструкций чудовище приближается к нам, неотвратимое как сама смерть. Ну наверное.
— Бегите, — коротко командую своим. — Дайте мне место. — Из-за плеча раздается выстрел дробовика. Картечь безнадежно вязнет в густой шерсти.
Зверюга обманчиво ленивым тягучим рывком оказывается совсем близко. Маленькие, светящиеся белым глазки уставились на моего двойника. Оставив на своем месте двойника, сам под «плащом» захожу сбоку. Делов на секунду.
Слышу как за проломом матерится Ломов, меняя патроны на пулевые. Голова метнулась вперед, заглатывая часть моего двойника. Шея вытянулась. Момент отличный.
Прыжок!
Удар по шее твари, перехваченным двумя руками Буревестником, с вложением массы. Не такой уж и большой массы, как оказалось. Удар вышел… Ну он вышел. По шее я попал. И даже пробил ее. Но дальше все пошло немного не по плану.
Разрез не достигает даже четверти шеи. Буревестник в руке странно дергается. Тварь рванув вперед бьет меня бронированным плечом и насаживает на свою иглоподобную шерсть. Больно, зерг!
Буревестник буквально плюет на землю комком серой туманной субстанции. Если бы речь шла о человеке, я бы сказал что он блеванул. Меч этот не простой. Он имеет интересное свойство высасывать грани и силу у противника. А тут видимо вместо души и граней какая-то гадость, которую он отверг. Ладно, меняем план. Зря что ли занимался?
