Я оторвался от монитора. Новости, как обычно, огонь! Фондорн, кстати, прав. Удалять новостные статьи, всё равно что воду в решете носить. Статью из «АР: что нового» пользователи локи успели скопировать и разместить у себя — штук пятьдесят на личных страницах. Теперь у нас их новостной сайт болтается внизу рейтинга. Но личные сообщения МВД уже не блокировало — просто штрафовало пользователя баллов на пятьсот. Такой приём сразу выводил сообщение на третью, четвёртую страницу поиска. Более умные лидеры рейтингов писали на тему нового прилива обтекаемо. Но и их сообщения были наполнены внутренней тревогой и страхом.
Люди на стороне Хмари! Немыслимо! Ужасно! Конец света! Последние времена настают. Опять.
«Кто виноват?», понятно. У всех остался вопрос «что делать?». Банальный ответ «пусть этим полицаи занимаются» никого не устраивал. Я знал, что делать, и собирался заняться этим, не откладывая дело в дальний шкаф. Но сперва надо выплыть из водоворота семейных дел.
Я потянулся, зевнул и выхлебал вторую за это утро чашку душистого кофе. Августович взял на себя роль кофешефа на нашем этаже. Обязанности не обременительные. Ни Ива, ни Кир кофе не пили.
Вчера был тяжёлый день. После отражения прилива, довольно слабого, по сравнению с предыдущим, все мои домашние дружно вышли на устранение последствий. Даже Ольга. Для неё всё это было в новинку, но держалась она молодцом. Я мог бы, пользуясь тем, что участвовал в отражении атаки, остаться дома. Но не мог. Нельзя бросать свою команду. Если ты лидер, а не начальник своим людям — возглавь движуху. У меня, конечно, опыта ноль в таких делах, но принципы мои не вчера сформировались.
Так что я повёл своих на разбор завалов на вокзале.
А бойня там вышла знатная. Среагировали на этот всплеск позже, чем на остальные. Всякой хмарной дряни сектанты успели выпустить изрядно. Разрозненные полицейские патрули частью погибли, частью отступили, поставив в приоритет оборону зданий с укрытиями для населения. Так что, когда на место прибыл резервный взвод ССФ — трое чистильщиков и мех, район был уже охвачен Хмарью и наполнен противоестественной живностью.
Этот случай выявил критическую уязвимость форта к подобным предательским ударам изнутри. И ещё раз доказал мудрость политики властей Ожерелья, направленной на поголовное вооружение населения фронтира. «Мирные жители» уничтожили чуть ли не всю выпущенную сектантами мелочёвку.
Наибольшее количество пострадавших было от щупальцев хмарников. С этой напастью эффективно бороться могли только турмалины. Или особенные артефакты и боеприпасы. А таких у простецов не было и быть не могло. Дорого.
По улицам, кроме хмарников, остались слоняться только наиболее крупные и защищённые монстры. Их зачистили прибывшие силы резерва. Особенно отличился пилот меха. Он же и нанёс району, уличному покрытию и зданиям, наибольшие разрушения. В результате «меткого» попадания снаряда его пушки в бетонную опору сложилась целая секция строящегося вокзала, похоронив последнее порождение Хмари.
Но, если по большому счёту, обошлось. Мы отделались, можно сказать, лёгким испугом. Если бы атака началась одновременно со штурмом стены. Да во всех трёх точках… Форт бы не пал, конечно. Но жертв и разрушений было бы намного больше.
И, скорее всего, для сектантов это была просто «проба пера». Предупредительный выстрел. Разведка боем. Схема обороны фортов устроена везде одинаково. А наш Алый Рассвет входит в десятку лучших. Так что форт послабее может и пасть. Вот такие невесёлые выводы.
К вечеру мы отправились домой. Вернее, я пнул спотыкающихся от усталости соратников в сторону дома. Восстановление района шло непрерывно. Власти довольно чётко организовали смены, распределив зоны ответственности между добровольцами и муниципальными службами. По пути я забрал наших женщин из вре́менного пункта оказания первой помощи.
Я сам был настолько вымотан, что, добравшись до дома, рухнул в кровать как подкошенный, едва успев скинуть уличную одежду. И нагло продрых до самого утра.
Разбудил меня бодрый до неприличия Карл Августович, сообщивший, что через час придёт на собеседование новый персонал. Так что, отлипнув от монитора и допив кофе, я, позёвывая, побрёл на второй этаж в помещение «штаба» — бывшую библиотеку. Наш женский личный состав опять убежал волонтерить под охраной Ломова. Кир, вчера потрошивший монстров, был оставлен Августовичем дома — подтягивать те предметы, в которых «плавал».
Перед дверью библиотеки в коридор был выставлен диванчик, на котором уже пристроились немолодая женщина серьёзных габаритов и моложавый, лет сорока, мужчина с окладистыми шикарными бакенбардами и выбритым подбородком. Я вежливо поздоровался с ними и прошёл дальше в дверь.
— Можем начинать, — всё так же бодро поприветствовал меня неугомонный старик. Ему вроде до окончания курса омоложения ещё месяц почти, а какие результаты!
— Вы говорите с ними, а я вон в уголке вздремну.
— Так нельзя, Олег. Разговор должны вести вы. А. Вы опять шутите. Ещё кофе?
