Не знаю и знать не хочу. Меня сидение над книгами-бумагами не увлекает. Это как тренировки. Я бы с радостью потратил время на что-то другое. Например, предстоящая учеба бесила меня неимоверно! Уже заранее. Вместе с недорослями сидеть за партой, есть в этом что-то унизительное. Еще и затянуть меня в свои детсадовские разборки попытаются, в храм Силы не ходи! Но есть такое слово надо. Так что Матвей — счастливый человек. Гораздо хуже было бы, если бы он действовал скорее по обязанности, чем из любопытства. Но энтузиазм тоже должен быть в меру! Особенно в наших обстоятельствах. А то вырастет на мою голову безумный ученый, который меня же потом и расчленит во имя исследований и блага Ожерелья. Хе-хе.
— Короче. Для начала не бросай огранку! Могу даже тебе позволить с моими тренироваться, они уже вошли в ритм. Выдели время на исследования — скажем, четыре-шесть часов в день. И жестко контролируй, чтобы не переборщить. Остальное время уделяй родным. И матери. Знаешь, близкие, в том числе родители, иногда уходят… соединяются с Силой. Потом волосы на ж… голове рвать будешь, что вот так ее бортовал. — Он тоскливо вздохнул. — Ладно-ладно. Модуль «Занудство» откл. Что нарыл?
— Пока ничего конкретного. Они пытались разобрать орган крысособак, чтобы понять, как там устроена грань. Доисследовались до того, что нашли слабые способности сапфиров. То есть там пространство плюс ментал. Я систематизирую все их опыты, выводы, использованную технику в одну таблицу. Иначе в их записях без ложки героина не разобраться! Как только закончу, вполне возможно смогу рассказать тебе все более подробно.
— А в комме таблицу вести тебя мама не научила?
— Да иди ты! Кончай меня подкалывать. Мне удобнее на бумаге. Я думаю, пока пишу. В комм перенесу потом.
— Ясно, что пока ничего не ясно. Вали домой, академик недоделанный. Помойся там, поспи чуток.
Матвей, наконец, портанулся домой, предварительно сожрав все мои блинчики и варенье из креманки. Он бы ее, наверное, облизал, но воспитание не позволило. Одно разорение с этим безумным гением!
Я со вздохом, полным горечи и безысходности, погрузился в чтение сектантских каракулей. Что им всем неймется, от руки писать! Коммы для них, рукоблудников, уже сто лет как придумали! Нет же. Я теперь сиди, ломай глаза об их почерк. А почерк в записях был ужасным.
Через два часа мучений я выглядел не лучше Матвея, наверное. Когда мне по паутиной звонилке прорвалась Ольга, я со счастливым воплем отбросил опостылевшую тетрадь — первую из пяти, и включил изображение.
— Привет, шеф! Опять бездельничаешь, пока верные миньоны копают? — Вопросило меня это сосредоточение милоты и вселенской справедливости.
— Да ты,..… Озергела вконец! — заорал я. — У меня уже кровь из глаз идет! Сижу, рукописи всяких там непризнанных гениев-извращенцев, разбираю. Страдаю ради общественного блага! И здесь ты со своими шуточками за триста!
— Рукописи? Ты, Олег, больной чель? А-а-а, нет, ты просто слоупок. — Вот сейчас не понял, но зная Оленьку, это было что-то обидное. — Программы распознавания текста тебе на что даны Силой и программистами? Отскань, переведи в редактируемый формат и работай себе спокойно.
— А так можно было?
— Да все время забываю, что вы, антики, жуть какие тупенькие. Скину тебе ссылки на все, в том числе на обучалку.
— Благослови тебя Сила, добрая женщина! Дай тебе детишек побольше…
— В жопу детишек себе засунь! Нас зарегистрировали! Танцуй, давай!
Я вскинул руки в победном жесте. Заодно плечи разомну.
— Ура! Ура же? А можно я детишек туда не буду засовывать? Ну пожалуйста?
— Ура-ура! Можешь не засовывать, главное держи детей от меня подальше. И не упоминай даже. Короче, наше «Вместе» теперь официальная контора — закрытое товарищество с правом выпуска акций в свободную продажу. Мы тут все круги преисподней прошли, все бумажки собрали, все разрешения получили. Уже две попытки промышленного шпионажа пресекли! Когда ты приедешь? Ты реально нужен.
— Через дней десять, Оль. Здесь я почти все разгреб.
— Арчи без тебя не хочет ничего запускать. Боится ответственности. Если честно, я тоже боюсь. У нас вроде начало, тьфу-тьфу, все работать без сбоев. Мы даже уже тестовые акки запустили на всех работающих в конторе.
— А мне такой сделать? И остальным нашим?
— Знаешь, не подумали. Но мысль дельная. Я пришлю тогда тебе ссыль с инструкциями по установке и использованию, вместе с распознавалками. Там пользователь сам акк заводит — это прикольно!
— То есть ты позвонила похвастаться?
— Не! Не только. У нас в каморке для швабр один кадр сидит. Ограненный — опал. Как ты, только хуже и вообще лошара. Он пытался к нам проникнуть, но спалился, и ребята его скрутили. Вот теперь запрашиваем инструкции, чего с ним делать-то? Мы его пока под седативными держим, но долго же нельзя. У него так почки крякнут.
— А что он успел выяснить?
— Да ничего. Он даже до зала с серверами не дошел.
