Так я и сделал. Аудитория оказалась здоровенной, рассчитанной человек на двести. Впереди сцена с деревянной трибуной, на которой стоял металлический микрофон. И длинные ряды прикрученных к деревянному полу кресел с откидывающимися сиденьями. В зале постепенно собирался народ, большинство сразу же уткнулись в коммы. Вот и хорошо. Вот и славно. Я тоже сел на противоположный от входа конец второго ряда и погрузился в чтение страницы университета.
От увлекательного чтения дисциплинарного устава меня отвлек раздавшийся из висящих под потолком рупоров громогласный звук: «Крхммм».
— Приветствую вас на вводном занятии первого курса.
Я огляделся. Зал был заполнен меньше чем на половину. За трибуной на сцене стоял довольно молодой, немногим старше тридцати, господин в сером мундире университета.
— Я Карл Леонгард. Коллежский секретарь. В дальнейшем я буду вести у вас «Промышленные механизмы». А сегодня меня попросили прочитать для первокурсников вводную лекцию на тему «История научно-технического прогресса в Ожерелье». Сразу и начнем. Лекция запланирована на полтора часа с пятиминутным перерывом. Все лекции для первого курса будут проходить в этой аудитории, для всех групп сразу.
Тема показалась мне интересной, и я решил послушать господина Леонгарда повнимательнее. Он говорил достаточно бодро. Хорошо поставленным голосом. Не сказать, чтобы он открыл на вводной лекции какие-то тайны. Примерно я уже представлял, как все было, все же я очень много читал материалов в паутине. Но он предложил сжатую и очень хорошо структурированную версию исторических событий. Единственное, что немного корябало слух, — постоянные дифирамбы клану Игнатовых. Нет, они, конечно, молодцы, и примерно половина значимых открытий или новинок в научно-технической сфере действительно принадлежали им. Но так прямолинейно лизать задницу одного из кланов выглядело на мой взгляд… Ниочень.
В результате лекции у меня сформировалась следующая картинка. Все значительные, прорывные открытия были сделаны в течение первого века после Выплеска. УТРы, огнестрельное оружие, электрические приборы, двигатели внутреннего сгорания, соединение Сутей и привычной техномагии, использование в устройствах и артефактах аномальных материалов. Причем далеко не все, что было открыто, было сразу пущено в дело. Единственное значительное усовершенствование и новый скачок прогресса случились сто лет назад, когда в дело пошла первая примитивная электроника. Ее применение привело ко второй промышленной революции (первая случилась при появлении в конце первого века крупных мануфактур и первых фабрик), реорганизации производств и появлению Паутины и «Связующих Нитей». Примерно в то же время в воздух поднялись первые аэростаты. Лектор заверил нас, что мы стоим на пороге третьей промышленной революции, которую непременно обеспечит нам благословенный Силой клан Топаза и государство, которое постепенно берет под свой контроль все перспективные исследования. И именно мы, то племя молодое, незнакомое, которое будет в числе первенцев этой самой третьей промышленной революции.
На этой позитивной ноте полуторачасовое выступление Леонгарда закончилось, и толпа студентов, шумно переговариваясь, повалила на выход из аудитории.
Я выждал, когда выходы в коридор очистятся, и тоже отправился наружу. Второе вводное занятие у нас было с Екатериной Андреевной и должно было проходить в другом корпусе. Впрочем, здесь все было достаточно близко, а перерыв между занятиями составлял аж сорок пять минут. Так что я, не торопясь, спустился в университетский парк.
Внезапно даже для меня, на плечи легли женские руки, а ухо обожгло жарким дыханием.
— Скучал по мне, милый? — Шепнул знакомый женский голос. Только в прошлый раз он был переполнен безразличием с нотками боли. А теперь звучал как обещание наслаждения.
ОЛЕГ И ИЗОЛЬДА: Скучал по мне, милый?
— Привет, Изольда. — Ответил я, сбрасывая удушающие объятия. — Не скучал. Я так понимаю, ты по делу?
— Фу быть таким, Олежа. Я так ждала нашей новой встречи. И была необыкновенно рада, что Мастер поручил твое дело именно мне. — Она взяла меня под руку и тесно прижалась.
— Мне обещали позвонить.
— Ну к чему эти формальности между старыми друзьями, дорогой! Я появилась так быстро, как смогла. А все эти ваши новинки, вроде коммов и прочей технической дребедени, я, честно говоря, немного недолюбливаю. Итак. Какую услугу могут тебе оказать Ночные?
Нашу милую беседу прервал голос, полный самодовольства и щенячье наглости.
— Сила! Какие цветы иногда цветут на невзрачной клумбе нашего заведения! Леди! Я сражен в самое сердце. Оставьте этого жалкого первака, я желаю свести с вами знакомство! — Ну вот, началось. Какой-то имбецил, прости Деат, решил попробовать меня на зуб.
