— Ага, ближе к делу. Удачно я тебя заметил, и до следующей смены ждать не пришлось, — он кивнул в сторону машины, — Поедем, покажу, объясню всё. — и, заметив, что она колеблется, добавил: — Пойми меня правильно. Девочку найти не сложно. Но ты высокая, внешность что надо, видимо, не дура, раз студентка. И для тебя это очевидное изменение к лучшему. Во всяком случае, платить я тебе буду больше, и ночных смен много не будет. Ну?
— Окей, — она шагнула к машине.
Выезжая из двора, новый знакомец говорил.
— Я Илья, у меня небольшая гостиница и сауна. Да, ты всё правильно сейчас подумала, но тебя это не коснётся. У меня всё чётко, штат — это штат, бляди — это бляди, — он дал по газам, проскакивая на желтый в поворот, — И от штата мне нужна четкая профессиональная работа. Взамен я даю нормальный оклад, приличный график работы и защиту от хуйни. — Он вполголаса выругался, когда какая-то машина притёрлась перед ним, поднимая пробуксовавшими колёсами фонтаны грязного снега.
— Официальное оформление? — спросила Елена.
— А у тебя трудовая книжка есть? — поинтересовался он, не отрывая взгляда от дороги.
— Ну… нет.
— Будет, — пообещал он, — Но учти, если проебёшься по-крупному — я тебя и уволю официально, по статье.
В машине было тепло, Илья вёл быстро и совсем чуть-чуть лишку агрессивно. Елена расслабилась, чуть съехав на сиденье. Глаза слипались, ей пришлось зажмуриться на секунду. Очень не хотелось вырубиться через пять минут знакомства с потенциальным работодателем. «А может, и не только», — подумала она, пытаясь взбодриться.
Машина свернула под арку старого кирпичного дома, резко остановилась. Илья заглушил мотор и повернулся к Елене:
— Приехали.
Десять метров до высокого крыльца с коваными перилами и навесом показались бесконечными. Ветер всё усиливался, снег теперь шёл мелкими твёрдыми крупинками, которые секли лицо. Елена кое-как поднялась по обледеневшим ступенькам, но на верхней каблук её таки подвёл, и она скользнула левой ногой. Напрягла икру изо всех сил, но уже чувствовала, как ползёт каблук, сгибается голеностоп, а колено устремляется к краю ступеньки.
Илья обернулся и взял её за оба локтя. Она ещё успела ойкнуть, но тут же поняла, что не падает, а почти висит в его руках. Потом он осторожно ослабил хватку, убедился, что она стоит нормально и сказал:
— Надо бы песку, что ли, накидать. Ещё навернётся кто-нибудь. — и взялся за ручку двери.
— С…спасибо, — сказала она ему в спину, но он уже открывал дверь, заходил, не особо интересуясь, как она там, уверенный, что она войдёт следом.
Внутри была баня. То есть, разумеется, там был небольшой холл с двумя окнами, стойка с часами и полка с ключами, лимонное дерево в кадке и двери куда-то ещё, но выглядело это обшитое золотистой вагонкой помещение натурально как баня какого-нибудь состоятельного милицейского пенсионера из знакомых её дедушки. Стойка, правда, была из карельской берёзы, из неё же — ободок больших часов на стене, но делу это не помогало. Интерьер был очень смешной. На стойке в качестве украшения стояла кустарная композиция из двух глиняных фигурок — мужик и баба в бане, с вениками и шайками, розовые, толстые, с улыбающимися круглыми лицами. На стене между двух окон висело тележное колесо, на его спицы были навязаны яркие разноцветные атласные ленты. В других простенках помещались тканые панно с белотелыми голыми женщинами на голубом фоне. Над панно висели светильники-шары с бронзовыми листьями на витых креплениях. На полу чуть в сторону от входа были расстелены типичные деревенские «дорожки», тканные из нарезанных лентой остатков ткани. А-ля рюс. Деревенская романтика. «Интересно, у них и в номерах вагонка?» — подумала Елена, оглядываясь.
За стойкой обозначилась коротко стриженная темноволосая женщина лет тридцати в сером свитере, весело сказала:
— Привет, Илюш. Рыбаки твои приехали, заселились и сейчас бухают.
— Окейно, — ответил он, обернулся, показывая на Елену:
— Я тебе сменщицу привёл.
— Ой ты бааатюшки, — протянула она, облокачиваясь на стойку и раскладывая перед собой свой немаленький бюст, едва удерживаемый тонким трикотажем, — И года не прошло. — Она мгновенно обежала Елену взглядом, коротко улыбнулась и спросила:
— Как тебя звать, дева-красота?
— Елена, — ответила она, внезапно проникаясь неприязнью к этой вроде-как-простушке.
— Ишь ты, тёзка, — грудастая заулыбалась на все тридцать два зуба, — Илюшка, у тебя чутьё на Елен с хорошими сиськами? — она прищурилась и посмотрела Елене прямо в глаза:
— Смотри, я ревнивая!
— Алён, ну хорош, — Илья положил на стойку руки, чуть похлопал по гладкой медовой поверхности с коричневыми завитками, — Не пугай девочку, она студентка и воспитанная.
— Да я чего, — Алёна-Елена отодвинулась от стойки, — К тебе в кабинет пойдёте?
— Да, пойдём, побеседовать же надо. — Илья провёл ладонью по волосам, стряхивая растаявший снег, потом вытер руку о джинсы и добавил:
— Полчаса максимум, ты пока позвони Васе, пусть подскочит бумажки сделать.
