Старшая, которую звали Ёзге, вынула у Светки из рук чашку, похлопала её по плечу и ушла прочь из комнаты. Акса снова изобразила на лице презрительно-страдающую мину и заявила, растягивая слова и глотая окончания:
— Многа пить вода, потом бежишь писпис!
— Тебе-то что, — сказала Светка, — Я к вам в гости не напрашивалась.
— Так-так, — Акса двинула одним плечом, — Ты к этой потной козе Йилдыз напрашивалась!
— Потной? — Светка удивилась.
— Полной? — Акса нахмурилась, — Забыла. Слово такой, когда изменяет? Обманывает? — она уставилась на Светку, а та уставилась на неё. Акса учила русский язык чуть меньше года и на удивление хорошо болтала, но её словарный запас напоминал свору хорьков на длинных поводках, которые то и дело путались у хозяйки в руках. Дошло:
— А! «Подлый»!
— Подлый, — задумчиво повторила Акса, — Подлый, который обманывает?
— Типа того, — сказала она, и тут же добавила — Да, да! — потому что Акса неодобрительно относилась к разговорным выражениям и просторечиям.
Вернулась Ёзге, сунула чашку с горячим чаем. Спросилау дочери:
— Did you explain her?
— Moreorless, — Акса махнула рукой, отлепилась от стула и добавила:
— But she is very stupid Russian…
Ёзге оборвала:
— Stopit.
Повернулась к Светке:
— We can let you go now, but you are not safe. Doyouunderstand?
— Yes, — смирно ответила она, — И что мне делать теперь?
Ёзге поняла и без перевода. Пожала плечами и ответила:
— Stay here. We'll see tomorrow.
На странной русско-английской смеси Светка за пару часов успела услышать очень много разных странных вещей. Точнее, это были огромные, по-разному неприятные и опасные вещи. Хорошая новость была в том, что ей достаточно было выбраться из Турции, чтобы быть в относительной безопасности. Плохая — в том, что выбраться будет не очень просто. Ещё одна, совсем скверная, состояла в том факте, что она едва не втянула малознакомого человека в неприятности. Елене очень повезло, что её случайную знакомую успели выдернуть до того, как они приехали к порекомендованной неизвестной Соней специалистке. Хотя после того, как Светка эффектно испарилась среди бела дня, Елена почти наверняка решила забыть о её существовании. Ну, для неё так было бы лучше, конечно.
Масштаб открытий был ошеломляющий. То, что кроме неё есть ещё Елена (и какая-то Соня, которая вроде бы что-то знает) уже было удивительно. Но это было всё равно что выучить алфавит, а потом сразу открыть учебник по квантовой механике.
Их появлялось много. В каждой стране — по-разному, в каждом поколении тоже, но их были даже не десятки — сотни и тысячи. В разные времена их становилось больше или меньше. Они собирались в группы или оставались одиночками, учили друг друга или враждовали друг с другом, или не знали о существовании себе подобных. Писали трактаты о своей сущности или отказывались от неё в пользу совершенно обычной жизни. Развивали и изучали свои способности или старательно блокировали их. И погибали очень часто, так что до более или менее разумного возраста доживали не все. Счастливицы, у которых оказывался какой-то специфический триггер. Которые впервые перемещались или перемещали кого-то другого в достаточно взрослом возрасте. Которых нашли более опытные и знающие товарки.
Многих из них когда-то сожгли как ведьм. Многие другие невольно убили своих матерей или погибли сами в раннем детстве. Все эти истории про похищенных детей, которых никто никогда не нашёл…
И ещё одно плохо укладывалось в голове: среди них не было мужчин. Никогда, ни единого, только женщины.
— Но почему об этом ничего не знают? — спросила она, — Это же невозможно, современное развитие науки…
— Ну иди, положить это самое… как там… — Акса возвела очи чёрные вверх и скривилась, — А! Это, положить живот на алтар… эээ науки. Дура, да?
— И что, прямо такое тайное общество? Да если бы столько было вот таких, как я, они бы давно уже власть над миром захватили!
— Ты лично иди захвати? — с неподражаемо презрительной интонацией предложила Акса, — Вы, которые свободные путешественницы, всегда самые бестолковые. Эти, которые как моя систер, толкачи… толкицы…pushers! Эти, что ли, мир захватили? Они всегда с проблемами, ну как это… — Акса пощелкала пальцами, потом что-то эмоционально сказала по-турецки, помычала — Светка ей от души сочувствовала. Хуже нет, чем вспоминать нужное слово, когда заклинило и никак.
— Проблемы со здоровьем? — спросила она.
— С головой проблемы, — огрызнулась Акса, — Говорить она не может, это самое, ну… — Акса цыкнула ртом, а потом изобразила:
— Га-га-га-га-ла-ва!
— А! — Светка кивнула, — Заикается. Ну, это можно вылечить.
— Можно — лечим, — сурово ответила девушка, — Но мир захватить она не может. Одна Кара не может, пять таких соберутся — не могут, у каждой что-то не так. Таких, как ты — раз, два, мало. И вы не можете никакого.
— А кто что может? — спросила Светка, и тут на неё вывалили ещё один огромный кусок.
