Сафрон и не хотел, чтобы Ленусик привязывала его к кровати, даже непонятно, как он согласился лечь. Но ведь согласился… А может, ему нравится такой секс? Может, он мазохист по своей натуре?..
– Ладно, на сегодня все! – дернулся он, пытаясь высвободить руку.
– Все только начинается, дорогой! – коварно усмехнулась Ленусик. Она сделала музыку погромче, но танцевать не стала. – Отдыхай! Я сейчас!
От ее улыбки заледенело внизу живота. Она действительно вышла из спальни, но куда, а главное – зачем? Что, если за ножницами?
Музыка играла, одна композицию сменяла другую, а Ленусик все не появлялась. Сафрон уже не просто нервничал, он злился. Может, она с Гонсалесом сейчас, пока он здесь извращается? И вряд ли в свое удовольствие.
Гонсалеса нет, у него дела, но вдруг он приехал, причем без предупреждения? Игра у них такая – водить Сафрона за нос. Он здесь, а они трахаются у него в кабинете, и стонут, и ржут… Что-то нужно делать с Ленусиком с ее черной магией секса, пока не поздно. Или уже поздно?
Вдруг дверь с грохотом открылась, и в спальню вломился Круча. Мощный, молодой, горячий, плечи как у Геракла, пиджак нараспашку, рукоять пистолета из-под полы торчит. Пиджак, джинсы, туфли, а Сафрон лежит перед ним в одной шляпе. На причинном месте. И уже совсем не важно, как здесь оказался Круча.
– Ух ты!
У Кручи вытянулось лицо, он даже сморгнул: вдруг мерещится? И это его лицо вдруг застыло перед глазами, как будто течение жизни остановилось и все замерло. Или это охреневшая физиономия Кручи так намертво врезалась в память, что в глазах все остановилось?
Но нет, спустя мгновения картинка ожила, и сам Круча пришел в движение. Открыл шкаф, заглянул за штору, подошел к кровати, хотел снять шляпу.
– Эй! – предостерегающе дернулся Сафрон.
Злость душила его, но от бессилия хотелось плакать. А Круча засмеялся. Не собирался он забирать шляпу, просто издевается. Сволочь.
Шляпу он трогать не стал, но смотрел на Сафрона, откровенно наслаждаясь его беспомощностью. Затем, выключив музыку, предложил вариант.
– Скажешь, что это Гонсалес тебя связал, отвяжу!
– Где Гонсалес? – взвился Сафрон.
Ну понятно, Ленусик убежала к Гонсалесу, они устроили оргию где-то на первом этаже, вдруг появились менты. Ну точно, Круча видел, как Гонсалес шпилит Ленусика, отсюда и вывод. Гонсалес и связал босса, чтобы трахнуть его шлюху-жену!
– А ты не знаешь?
За окнами мужские голоса, кто-то что-то кому-то грубо говорит, дверца машины хлопнула, послышался смех, затем ругань. Полный двор людей, видать спецназ нагрянул, а Сафрон и не слышал ничего, потому что музыка играла. Ленусик, будь она неладна. И Гонсалес падла.
– Я убью этого урода!
Круча открыл дверь, выглянул в холл. А в доме тоже люди, ходят, переговариваются, двери хлопают, может, и бутылки откупориваются.
– Рома, сходи за фотоаппаратом! – сказал он и закрыл дверь.
– Зачем фотоаппарат? – Сафрона бросило в дрожь.
Все, в этот раз фортуна точно отвернулась от него. Круча сфотографирует его и ославит на всю страну. Братва точно отвернется… И правильно сделает. Ну не может такой идиот быть в авторитете! Даже если он ФСБ опустил.
– Или лучше за диктофоном? – с ехидной усмешкой спросил Круча.
– Зачем диктофон?
– Ну как же, расскажешь, как ты мента поганого заказал! Меня, то есть. Братва скажет, какой крутой у нас босс, мы за таким и в огонь, и в воду.
– Я тебя не заказывал! – Сафрон в раздумье мотнул головой.
В общем-то, он готов на такой обмен, Круча его развязывает, никому ничего не говорит, а он ему признание. Ну примут, ну закроют, и что? Да на киче куда лучше, чем здесь, в таком положении. Тем более что само по себе признание ничего не стоит, любой адвокат развалит дело. Ну, может, и не любой, но развалит.
– А Гонсалес говорит, что это ты меня заказал.
– Где он говорил? Когда говорил?
– А когда заказ своему дружку подвез. В гаражи на Железнодорожной улице.
– Какому дружку?
– И дружок за решеткой, и Гонсалес за решеткой.
– Гонсалес за решеткой? – Сафрон наморщил лоб.
Если Гонсалеса задержали, он не мог трахать Ленусика.
– А ты где думал?
– А Лену… Лена где?
– Не знаю.
– Как не знаешь? Ты ее не видел?
– Ты не отвлекайся, Сафрон. Давай рассказывай, как меня заказал.
– Да не заказывал я тебя! Не знаю, что там Гонсалес напел… И вообще, я требую адвоката!
– Что?!
– Твою мать! – простонал Сафрон.
Только адвоката здесь не хватало.
– Круча, блин!.. Это Ленка все! Ты же знаешь Ленку!.. Ну будь человеком!
Кто-то дернул за ручку двери, Круча среагировал мгновенно, повернулся лицом к выходу. Дверь открылась, но в спальню никто не зашел, Круча не позволил. Вытолкал человека, закрыл за собой дверь. Вернулся минуты через три. Сафрон за это время успел вспотеть, высохнуть и снова вспотеть.
– Хорошо, я согласен! Давай диктофон, это я тебя заказал!
– Зачем?
– А достал ты меня!
– Чистосердечное признание писать будешь?
– Чем?
– А я чернила в шляпу налью! Перо там есть… Или даже три пера! – веселился Круча.
– Не заказывал я тебя! Но с удовольствием в этом признаюсь!.. Развязывай давай!
– А Васильев? Васильева нужно оставить в покое. И лжесвидетеля тоже.
