С момента разговора Винсента с королем прошли три недели. За это время многое изменилось, по заранее спланированному самим владельцем Вектора направлению. Уже на следующий день после званого ужина он вновь отправился во дворец, чтобы составить официальный контракт. Как и было оговорено, каждый месяц, в первый день, Винсент был обязан являться во дворец и проводить процедуры омоложения для короля Роберта и королевы Сесилии, если только не находился в этот момент на задании. Взамен, Вектор получил щедрую налоговую скидку в размере пятидесяти процентов, что позволило не слабо расширить возможности компании, а так же ввести некоторые изменения в экипировке — новые, более легкие и удобные маски, более компактные наушники для связи, а главное — заводские комплекты кевларовой брони для парней и капитана, чей костюм давно требовал замены.
Новая модель боевого шагохода, о котором мечтали поголовно все в стенах штаб-квартиры, уже стоял в специально-оборудованном ангаре, защищённый от любопытных глаз вездесущих папарацци. Эта махина поражала своими размерами и технологической сложностью, но и тут всё оказалось под контролем — Лили за пару дней изучила всю подноготную высокотехнологичного боевого устройства, а пара опытных пилотов быстро нашлись через связи капитана и уже вошли в состав команды.
Самое интересное в этой сделке было то, что королевская армия не имела на вооружении шагоходов — ни новых, ни даже старых. Все машины что ранее были в строю давно отправились на свалку после полутора десятилетий войн с мутантами и ожившими, а все новые модели что производились в Альбионе, шли сугубо на экспорт, что и позволяло королю устраивать ежедневные гулянки в стенах дворца, спихнув всю работу с Трупным бешенством на ответственные ЧВК…
Но в отличие от окраин королевства, жизнь в штаб-квартире Вектора кипела. С каждым днём компания разрасталась всё больше. Были наняты три десятка новых стрелков, которые теперь проходили муштру под строгим руководством капитана Эдварда, привыкая работать в новой команде и с новым для себя оружием в руках. Четыре оператора для закупленных паровых доспехов тяжёлой пехоты так же вступили в ряды Вектора. Их обучение и тренировки шли полным ходом на ряду с остальными, и каждый угол штаб-квартиры наполнялся ритмичным грохотом сапог, стуком оружейных затворов и приглушёнными стенами трехэтажными ругательствами капитана, который уже готов был на стены лезть, в ожидании долгожданного отпуска.
В главный тренировочный зал и на полигон постоянно заглядывал Винсент, следя за подготовкой новобранцев. Под ногами поскрипывал холодный металлический пол, а в воздухе витал запах масла и отработанного пара. Просторные коридоры штаб-квартиры заполнились людьми, везде ощущался дух подготовки к чему-то бо́льшему, чем их былые местечковые вылазки. Десятки бойцов выполняли свои упражнения — одни занимались стрельбой на полигоне, другие — отрабатывали тактику ближнего боя с цепными мечами, ростовыми щитами, тяжёлыми пулеметами или серпами, когда дело касалось новичков.
Лили была поглощена работой в своей лаборатории. Она усовершенствовала новые прототипы оружия, подгоняя их под нужды Вектора, увеличив магазин винтовки на десять патронов, а так же, проведя дополнительную трубку охлаждения для ствола, который как показала практика, довольно ощутимо нагревался. В её лаборатории горели яркие лампы, освещая столы, устланные чертежами, заваленные инструментами и различными механизмами. Порой она отправляла дронов на тренировочные полигоны, наблюдая за действиями полураздетых мужиков через множество мониторов, что не слабо подстегивало ее вдохновение. Несмотря на свою погружённость в работу, она успевала шутить с бойцами, часто разряжая сухую военную атмосферу. Постоянно в голове Лили рождались новые идеи, но свою основную задачу, она никак не могла решить — расщепитель частиц никак не хотел охлаждаться, что в очередной раз едва не привело к взрыву.
В добавок ко всему, Эрл не переставал совершать набеги на ее мастерскую — ему был нужен микроскоп. Но не тот, которым пользовались по всему миру, а нечто такое, что будет способно заглянуть, как выразился сам алхимик: «в душу самой материи». Лили работала над этим проектом уже больше двух лет и теперь, потихоньку выходила на «финишную прямую»…
Сам алхимик, как обычно, был погружён в исследования. На этот раз он работал над улучшением ёмкости для хранения новой партии святого водорода и экспериментировал с реакцией различных химикатов на освящённую воду. Ему удалось создать ещё более эффективные растворы для обработки боеприпасов, которые уже вскоре планировалось протестировать в полевых условиях. Эрл иногда выходил из своей лаборатории с лёгкой улыбкой на лице, удовлетворённый результатами очередного эксперимента, что слегка пугало встреченных на пути матерых вояк.