Эдвард вернулся из недельного отпуска, который провёл со своей семьёй в загородном доме. Винсент знал, что Эдвард давно ждал этой возможности, чтобы отдохнуть от постоянных тренировок и опасных командировок. Загородный дом Эдварда был окружён лесом и располагался на берегу небольшого озера. Там они с семьёй проводили время на природе: прогуливались по лесу, ловили рыбу, а по вечерам собирались у камина, играя в настольные игры. Эти наполненные умиротворением дни восстановили душевную энергию капитана, и он вернулся на службу в приподнятом настроении.
— Рад что ты снова с нами, Эд, — сказал Винсент, пожимая руку старого друга, поймав того рано утром в коридоре штаб-квартиры, — отличная штука — отдых, да?
Эдвард улыбнулся и кивнул. В его глазах, мутной поволокой еще блуждала утренняя вялость.
— Именно так. Пару дней на природе — и чувствуешь себя другим человеком. Жаль, конечно, что пришлось вернуться так скоро, но работа есть работа.
— А как семья? — продолжил Винсент, следуя с ним по коридору к тренировочной площадке.
— Всё хорошо, — сказал Эдвард с тёплой улыбкой. — Дети довольны, Линда наконец-то смогла отдохнуть, отпустив этих одержимых безумием сорванцов на все четыре стороны. В городе так сделать не получится, сам понимаешь.
Винсент кивнул, зная, что именно такие моменты и помогают простым людям вроде капитана оставаться в строю, не теряя связи с реальным миром. Сам же Винсент об отдыхе даже не помышлял, пообещав себе уйти на покой только после решения вопроса Трупного Бешенства и никак иначе, а семья… Об этом бывший священник не мог даже думать. Видимо, события его собственного детства оставили в душе слишком глубокий отпечаток…
Штаб-квартира Вектора продолжала жить своей привычной жизнью, но теперь в ней чувствовался новый дух. Рост компании и её подготовка к новым, более опасным и сложным заданиям наполняли всех участников энергией и предвкушением вечернего выезда…
Пройдя сквозь полигон, Винсент и Эдвард оказались в огромном ангаре. Перед ними возвышался массивный шагоход, новейшее творение инженерного мастерства эпохи паровых технологий. Машина поражала своими размерами и конструкцией. Шагоход стоял на четырёх мощных стальных ногах, каждая из которых была оснащена паровыми поршнями и бронзовыми гидравлическими цилиндрами, что позволяло ему легко передвигаться по неровным ландшафтам. Его корпус напоминал броненосца, покрытый множеством медных пластин с видимыми заклёпками, которые блестели при свете ламп, висящих под потолком ангара. Сзади находились паровые котлы, из которых с шипением выходил отработанный пар, создавая плотную атмосферу вокруг машины. На крыше располагалась вращающаяся башня со сдвоенным пулемётом, способным выпускать сотни пуль в минуту, а по бокам корпуса были установлены два тяжёлых орудия для стрельбы посеребренными бронебойными снарядами. ТТХ машины говорили сами за себя: высота — шесть метров, вес — пятнадцать тонн, скорость передвижения — до двадцати трех километров в час, суммарная огневая мощь — свыше трехсот выстрелов в минуту. Шагоход был создан для подавления врага на открытой местности, его броня могла выдержать любой удар, а огневая поддержка была настолько смертоносной, что воюй Вектор с людьми, вряд ли те сунулись бы на расстояние полета пули. Однако сейчас, его громоздкость вызывала сомнения у Винсента.
— Я говорю тебе, Эд, в этой деревне с его помощью мы только застрянем, — Винсент шагнул вперёд, оглядывая шагоход с выражением недоверия на лице. — Улицы Штрайна узкие, дома деревянные и стоят близко друг к другу. Эта махина просто не пролезет. Мы рискуем увязнуть, а в это время твари нападут с разных сторон.
Эдвард, всю жизнь боготворивший боевую технику, скрестил руки на груди и нахмурился.
— Огневая поддержка лишней не бывает. Шагоход может просто стоять на въезде в деревню и прикрывать нас, — ответил он, бросив взгляд на орудия машины. — Когда они попрут на нас, эта, как ты выразился, «махина», сможет за минуту покрошить десяток другой мутировавших оживших. А если нам придётся отступать? Чем ты собираешься прикрывать тыл? Опять Тяжей под удар подставлять?
Винсент покачал головой, удерживая на лице и в голове спокойствие, хотя спор его откровенно раздражал.
— Ты слишком полагаешься на эту железяку. Да, она мощная, но не стоит забывать, что наша задача — зачистка заражённых, а не уничтожение деревни вместе с ними. Нам нужна мобильность, быстрота. Люди в Штрайне, возможно, ещё живы, и у нас осталось мало времени на их спасение. Мы не можем позволить себе маневрировать с этой громадиной за спиной.
Эдвард сузил глаза, явно не желая уступать, но с доводами Винсента не поспоришь. Он сделал шаг к шагоходу и печально провёл рукой по одной из его стальных ног.
— Проклятье, Винс… Хорошо, тут ты прав, — наконец признал он с недовольством в голосе. — Но учти, если всё пойдёт наперекосяк, я припомню тебе этот разговор.
Винсент усмехнулся, чувствуя, что разговор подошёл к логическому завершению.