предоставлено на выбор несколько легенд, а благодаря природе операции не имело значения, если несколько человек повторят одну и ту же легенду. От них требовалось только достаточно убедительно представить ее, поэтому каждый выбрал ту профессию, в которой разбирался. Почти все имели университетские дипломы, а те, кто не сумели закончить университеты, могли рассуждать о торговле или станках или о чем-нибудь ином, чтобы убедить таможенников, задающих вопросы главным образом от скуки.
Группа «Артиста» понимала свою задачу намного лучше. По его мнению, причина этого заключалась в каком-то дефекте их характеров. Члены, этой группы были моложе и менее опытны, и отчасти этим объяснялась их готовность идти на задание – они меньше знали о жизни и, следовательно, о смерти. Их гнала вперед страсть, традиция жертвенности и ненависть, а многих преследовали внутренние демоны. Все это затмевало трезвость их взгляда на жизнь, и это нравилось их повелителям, которые тоже испытывали ненависть и жажду смерти, на которую они, впрочем, посылали других. Эту группу инструктировали более подробно. Им показали фотографии, диаграммы и планы, и участники операции придвинулись поближе, чтобы лучше ознакомиться с деталями. Ни один из них не сделал замечания относительно характера цели. Жизнь и смерть были для этих молодых парней очень простыми проблемами, потому что они не знали решающих ответов на вопросы или думали, что знают, хотя на самом деле не имели о них представления. Впрочем, для всех это было даже лучше. Поскольку в их сознании закрепился единственный ответ на Великий Вопрос, остальные вопросы, менее важные, даже не приходили им в голову. У «Артиста» не было подобных иллюзий. Он задавал себе вопросы, но не отвечал на них. Для него Великий Вопрос превратился в нечто совсем иное, носил чисто политический характер, не имеющий отношения к религии, а ведь никто не измеряет свою судьбу политикой. По крайней мере, не по собственной воле. Он посмотрел на лица парней, зная, что они поступают именно таким образом, хотя и не отдают себе в этом отчета. По сути дела это были самые подходящие люди для такой операции. Они думают, что знают все ее стороны, хотя в действительности им известна только ее физическая сторона.
«Артист» чувствовал себя подобно убийце, но он поступал так и раньше, хотя и не принимал непосредственного участия в операциях. На этот раз он участвовал и сам, а потому знал, что это самая опасная операция за последние годы.
Как странно, что никто из них не отдает себе в этом отчета. Каждый считал себя в душе сокрушающим врага камнем в катапульте Аллаха, даже не задумываясь над тем, что по своей природе камни предназначены для того, чтобы их бросать. А может быть, и нет. Возможно, им повезет, и потому он проинструктировал их самым тщательным образом, сообщил им подробную и точную информацию, которую ему удалось собрать, причем эти сведения были очень хорошими. Лучше всего начать операцию после обеда, ближе к концу рабочего дня, когда переполненные улицы облегчат уход с места ее проведения. Он сообщил им, что сам отправится с ними, чтобы помочь уйти от преследования, но промолчал, не сказал им о том, что поможет лишь в том случае, если дело дойдет до этого.
– О'кей, Арни, что происходит? – спросил Райан. Хорошо хоть, что сегодня у Кэти нет операций. Она плохо спала и в таком моральном состоянии вряд ли справилась бы с ними. Он чувствовал себя ничуть не лучше, но было бы несправедливо, да и бессмысленно, срывать злость на главе своей администрации.
– Можно не сомневаться, что утечка информации произошла в ЦРУ или, может быть, на Капитолийском холме, от кого-то, кто знает о том, чем ты занимался.
– Насчет Колумбии знают только Феллоуз и Трент. И они также знают, что Мюррея там не было – по крайней мере, он был не совсем там. Сведения о всей остальной операции скрыты со стопроцентной надежностью.
– Так что же все-таки произошло? – спросил Арни. Теперь принцип «следует знать лишь то, что нужно для работы», применялся к ван Дамму. Президент начал говорить, словно объяснял что-то родителям ученика, подкрепляя свои слова взмахами руки.
– У нас проводились две операции – «Речной пароход» и «Обмен любезностями». Одна из них заключалась в высадке вооруженных групп в Колумбии. Предполагалось, что они будут следить за вылетом самолетов с грузом наркотиков на борту. Затем эти самолеты сбрасывали в море…
– Что?
– Сбивали, этим занимались ВВС, некоторые самолеты с грузом наркотиков заставляли совершать посадку, экипажи арестовывали и потом незаметно судили. События только начали развиваться, как в Колумбии убили директора ФБР Джейкобса. Президент распорядился начать операцию «Обмен любезностями». Мы стали сбрасывать бомбы на дома наркобаронов. Ситуация ухудшалась, гибли гражданские лица, и все пошло наперекосяк.
– Что было тебе известно об этом? – спросил ван Дамм.