Яманака зашла в свой дом, закрыла дверь и буквально скатилась по ней на пол. Слезы душили ее за горло, и она уже не могла их сдержать. Крупные капли покатились по щекам, освобождая Сэри от оков. Через минуту она уже не могла остановиться и рыдала так сильно, как никогда в жизни. Те люди, с которыми она бок о бок росла, предали ее. Собственный клан отвернулся, растоптав в грязь ее любовь к ним. Все, что она делала, было исключительно ради интересов семьи. Весь мир Сэри был выстроен вокруг имени Яманака, и теперь она не представляла себе, как ей жить дальше без этих ориентиров. Она чувствовала себя брошенной, потерянной. Куда ей теперь двигаться? Ради чего совершенствоваться и жить?
В дверь уверенно постучали.
«Открывай быстро или я сам зайду!» — прозвучал голос Иноске в ее голове.
Сэри поднялась с пола и наспех вытерла лицо. Она буквально чувствовала, как оно распухло и покраснело от слез. Ей было стыдно за свою слабость, но она все равно открыла дверь брату.
Иноске застыл, увидев ее в таком виде. Он не ожидал, что она расклеится и покажет себя с такой стороны. Тяжело вздохнув, он вошел внутрь и закрыл дверь, а затем крепко обнял Сэри. Она обхватила его торс и поняла, что вот-вот ее накроет новая волна истерики.
— Прости меня, — сказал он, бережно гладя по голове. — Я не ожидал, что отец меня не послушает.
— Если бы ни ты, ни бабушка, я бы уже была в тюрьме, а это еще больший позор, — прохрипела она сквозь слезы.
Сэри еще раз всхлипнула, но в объятиях брата ей было уже не так страшно.
— Я не знаю, что мне теперь делать, Иноске, — сказала она через несколько минут молчания. — Я просто не знаю.
Он мягко отстранился и краем рукава протер слезы с ее лица.
— Когда я стану главой клана, я верну все на свои места, слышишь меня?
— Тебе не позволят…
— Пусть только попробуют, я найду на них управу. Просто подожди.
Дверь открылась без стука. В дом вошла Чизуру и посмотрела на Сэри тоскливым взглядом. Старая Яманака подплыла к ним с Иноске, и тот отодвинулся от сестры.
— Я верю тебе, слышишь, — сказала бабушка, ласково проведя ладонью по щеке Сэри. — И всегда буду рядом. Пусть тебе закрыт вход в клан, но мне никто не запретит с тобой общаться!
— И мне тоже, — произнес брат.
— Иноске, не испытывай своего отца и старейшин, — твердо сказала Сэри. — Ты не обязан рисковать своим положением из-за меня.
— Дело не в обязанности и долге. Я так хочу и не откажусь от своих слов!
Сэри благодарно кивнула, глядя на единственных оставшихся людей в ее жизни. Они смотрели в ответ с искренней любовью, но ее сердце при этом все равно горько заныло.
Сэри смахнула опавший красно-коричневый листок с серой могильной плиты и положила на нее букетик белых калл. Ей даже не разрешили навестить бабушку, когда она заболела. Не позволили придти на похороны. Все, что ей теперь осталось — холодная мраморная глыба с именем и двумя датами. И сквозная дыра в сердце.
Саднящая боль скрутила нутро, и Сэри поспешила уйти с кладбища. Расплакаться в общественном месте, а потом идти по улицам с распухшими глазами было слишком унизительно. А грустить об упущенном можно было и дома, когда никто не видит этого. Иноске уже несколько недель был на миссии, с которой у него не было возможности написать ей хоть строчку. Сэри даже не была уверена, в курсе ли он о смерти ее бабушки.
Над улицами Конохи собрались густые тяжелые тучи, грозящие проливным дождем, но Яманака не торопилась бежать в свою бесцветную крошечную квартирку. Даже если она вымокнет до нитки, а потом сляжет с температурой, то какая уже разница? Торопиться ей некуда. Делать нечего. Она просто шла, особо не глядя по сторонам. Но когда боковым зрением заметила лавку с крепким алкоголем, Сэри приостановилась. К ней тут же подскочил пронырливый торговец:
— У нас свежее поступление, — улыбнулся он. — Есть от местных производителей, есть заграничное. Вам покрепче или выберете что-то более мягкое?
— Давайте самое крепкое, что есть, — безразлично сказала Сэри, протянув ему несколько монет. — Две.
Торговец многозначительно сузил глаза, глядя на такую покупательницу, но быстро подал ей бумажный пакет с двумя бутылками. Сэри взяла покупку и только отошла от лавки, как с неба хлынул ледяной осенний дождь. Люди вокруг нее стремительно побежали под ближайшие навесы, а она продолжила просто идти по улице. Одежда противно прилипла к коже, пучок на голове под тяжестью мокрых волос распустился, и пряди болтались как сосульки. Сэри чувствовала на себе удивленные взгляды людей, которые прятались от такого яростного ливня, но все равно шла, стараясь не обращать на это внимание.
— Подождите! — раздался голос справа.
Сэри обернулась и увидела загадочного мужчину из бара, которого встретила в тот злополучный вечер.
— Здравствуйте, — сказал он с улыбкой и странным блеском в глазах. — А я думал, вы сбежали из деревни, лишь бы не приносить мне книгу.
— Ну здесь у меня не книга, как вы понимаете, — не желая поддерживать его шутливый тон, Сэри звякнула бутылками в пакете.
— Вы совсем промокли, — он указал на одежду.
