— Нет, — Тобирама вслух сам себе запретил даже думать о том, чтобы найти ее. — Нет! Ушла, значит ушла. Все! Дискуссия окончена!
Хаширама даже не успел сказать что-то брату, как он вылетел из кабинета и едва не врезался в Тэнджи.
— Тебе заняться нечем? — грубо бросил он.
— Я думал пойти потренироваться на полигон, если никаких заданий не будет, — сказал Тэнджи.
— Разумное решение, — ответил Тобирама и зашагал широкими шагами к своему кабинету, а Ивасаки посеменил за ним.
— Тогда я пойду, да? — уточнил ассистент, подозрительно блеснув глазами. — На полигон, в смысле.
Сенджу нахмурился, но воспринял такую нервозность Тэнджи банальным проявлением его несдержанности. Парнишка был смышленый, но почему-то ему не всегда хватало ума сдерживать свои эмоции.
— Иди, — коротко бросил Тобирама, и даже не остановился.
Ивасаки быстро ретировался, чтобы его начальник не передумал, а Сенджу свернул на финишную прямую к своему кабинету. Возле двери стояла высокая фигура уже знакомого ему человека. Тобирама внутренне поморщился, но не замедлил свой шаг при виде него. Курокава Шого медленно повернулся, когда боковым зрением заметил Сенджу, и приветственно махнул рукой, озаряя свое лицо издевательской улыбкой.
— Доброе утро, — Шого слегка поклонился ему, и Тобирама вынужденно ответил тем же.
Сенджу завел своего незваного гостя в кабинет и закрыл дверь. Шого вальяжно развалился в кресле, но сохранил ровную осанку. Когда Тобирама садился за свой стол, перебирая в голове причины, по которым этот человек заявился к нему, Шого разглядывал аскетичное убранство комнаты.
— Я так полагаю, вам известно мое имя, — начал Курокава, а Сенджу пристально посмотрел на него, не удосужившись даже кивнуть в ответ. — Вот и прекрасно, ваше имя я тоже знаю.
— Зачем вы пришли?
Курокава медлил, разглядывая Тобираму мутными взглядом. Он странно улыбнулся и ответил:
— Хотел поблагодарить за то, что помогли моей супруге. Это было очень… благородно.
Курокава прищурился, разглядывая реакцию Тобирамы. Но тот вида не подал, что его как-то задели саркастичные нотки в голосе Шого.
— Должен заметить, что такое поведение не является нормой для меня, — продолжил он, так как Тобирама ничего не ответил. — Просто я сорвал сумасшедший куш, ну как тут не отметить, понимаете меня?
— Нет.
— А все потому, что редко отдыхаете. Ваш многоуважаемый брат, с которым я имею честь периодически играть, частый гость в Хакушу, и как никто умеет расслабляться.
— Тем не менее, не слышал, чтобы его приходилось доносить до дома в бессознательном состоянии.
Ухмылка медленно сползла с лица Шого.
— Зависит от того, как это состояние получить, да? — он слегка склонил голову к плечу.
Тобирама поджал губы и сильнее нахмурился.
— Если это все, что вы хотели сказать, то я вас не задерживаю, — Сенджу указал на дверь.
— Пожалуй, не все. Я человек дела, Тобирама-сан, поэтому мне не свойственно ограничиваться лишь словами. В благодарность, я приглашаю вас и вашу семью на ужин. В свой дом.
— Что?
— Можете взять с собой жену, детей…
Сенджу откашлялся. Шого не сводил глаз с него, да и он не смотрел мимо, стараясь замечать каждое движение, каждый неосознанный жест. Сенсор чувствовал, как растет раздражение Курокава, и его собственные виски начали гудеть от напряжения в комнате. Этот человек преследовал какую-то цель, лишь за этим с лицемерной вежливостью сделал это приглашение. Еще и в раннее утро пришел в резиденцию, не поленился ведь. Подобное притворство вызвало у Тобирамы искреннее отвращение, и его верхняя губа брезгливо дернулась.
— Хватит отнимать мое время, — пробасил Сенджу, не повысив голос. — Зачем вы пришли ко мне на самом деле? И я даю только один шанс на честный ответ, иначе можете прямо сейчас убираться отсюда ко всем чертям.
Шого ехидно посмеялся, уперев руку в подлокотник кресла. Он потирал свой подбородок, медлил, сильнее раздражая этим Сенджу.
— Знаете, как бывает, Тобирама-сан? Иногда то, что лежит на поверхности и есть верный ответ, и ни к чему копать дальше, чтобы узнать скрытую истину.
— Если не уйдете через десять секунд, я вам помогу, — достаточно спокойно произнес Сенджу, и в глазах Шого блеснул азарт.
