— И я бы поверил вашим угрозам, будь вы хоть немного более… непредсказуемым человеком. А так как вы предсказуем, я скажу, как будет, — Шого пересел на край кресла и наклонился к столу Тобирамы ближе. Он заговорит тихим голосом, отдающим скрипучей хрипотцой. — Вы будете и дальше меня слушать, и даже пальцем не тронете. Я вижу в ваших глазах немой вопрос. Ну что ж. Думаю, вы заслужили объяснение, раз сами не понимаете. Дело вовсе не в том, что я гражданский, и по закону вы не имеете права причинять мне вред, если я не несу физической угрозы окружающим. Да, силой выставить меня из кабинета — это не такой уж вред, но… Но даже не будь этого закона, вы бы все равно не стали этого делать. Все просто. Ваш пресловутый кодекс чести не приветствует нарушения этики и морали. От меня не ускользнуло ваше раздражение на мое притворство, но забавно то, что, следуя хорошему тону, вы и сами вынуждены притворяться. Что бы я ни сказал, вам следует терпеть и соблюдать манеры. Вы скучны в своей строгой неизменной правильности, а ваше благородство приводит меня в уныние. Но я готов потерпеть, чтобы узнать вас получше.
Курокава замолчал, пристально следя за реакцией Тобирамы. Но тот собрал в кулак всю свою волю, не позволяя проявиться неистовому внутреннему гневу. Если Сенджу сейчас пойдет на провокацию и вытолкает Шого из кабинета, то никто его не осудит, но в собственных глазах он будет выглядеть глупцом, поддавшимся минутным эмоциям. А если же проглотит все это, то Шого окажется прав.
Сенджу понял, что Курокава ничего из прошлой ночи не забыл, и эта театральная речь просто демонстрация осведомленности. Он прекрасно помнил, как Тобирама схватил Сэри за плечо, хоть и не подразумевал под этим ничего, кроме спасения дамы от пьяницы. Но Шого надумал себе лишнего, явился к нему в кабинет и начал метить территорию.
— Вздумали играть со мной? — проговорил Тобирама устрашающим тоном. — Вы не…
Тобирама прервался, потому что в коридоре послышалась возня, и он инстинктивно просканировал пространство. Сэри и Ивасаки стояли прямо у двери. И только он это понял, как раздался стук. Сенджу посмотрел на скалящегося Шого, который откинулся на спинку кресла, уперев в висок два пальца.
— Жаль, нам не дали договорить, — вздохнул Курокава.
Сенджу сжал челюсть так, что желваки пришли в движение, но выдавил из себя «Войдите!».
Яманака, продолжая держать Тэнджи за ухо, завела его в кабинет и закрыла дверь. Глупый ассистент все же пришел к ней, чтобы узнать о Кисараги. Но, видимо, ее отказ его не удовлетворил, и Ивасаки что-то натворил, раз она за ухо притащила его сюда. Тобирама неотрывно смотрел на Сэри, пытаясь понять степень ее разгневанности, а она, отпустив Тэнджи, не сводила глаз со своего мужа. Если бы Сенджу не был сенсором, он решил бы, что она просто удивлена появлению Шого здесь, но не более того. Однако ее тонкая эфемерная чакра в считанные секунды становилась свинцовой, наполняясь ядовитой ненавистью. Такого Сенджу не чувствовал, когда Сэри еще была за дверью, а значит, эти эмоции никак не связаны с проступком его ассистента.
Курокава бросил короткий взгляд на Сенджу и подошел к своей жене.
— Вот это встреча, да? — недавняя нагнетающая хрипотца приобрела шутливый оттенок.
— Приятный сюрприз, — губы Сэри дернулись в улыбке.
— Подумайте над моим предложением, — сказал он Тобираме, и снова повернулся к жене. — Увидимся вечером?
Будто против своей воли Сэри кивнула, и Шого на прощанье поцеловал ее в висок.
— До встречи, Тобирама-сан, — он коротко поклонился и, не дождавшись его ответа, вышел за дверь.
Несколько растерянная Сэри села в кресло. Она никак не ожидала увидеть в кабинете Сенджу своего мужа, поэтому не могла начать разговор. Тобирама видел, что ситуация совершенно выбила ее из колеи, но намного красноречивее говорила ее чакра, беснующаяся от возмущения. При этом Сэри с поразительной стойкостью держалась ровно, а уголки ее губ подрагивали в попытке приподняться. Если она не знала о том, что Курокава собирается заявиться к Тобираме, то ей неизвестно о приглашении на ужин. Сенджу, конечно же, никуда не пойдет, но причина тому не тайный приезд каге Танигакуре.
Глядя на нее, такую озадаченную, он вспоминал ее теплую улыбку и уверенное прикосновение к его руке. Тогда, на кухне Шион, ему нужна была поддержка со стороны, и он получил ее, хоть и не просил об этом. Получил от Сэри, совершенно постороннего человека, которая с поразительной чуткостью отнеслась к его внутренним переживаниям. А теперь в помощи нуждается она, однако из упрямства и гордости никогда не попросит об этом. Эти пороки как никому другому были знакомы Тобираме.
— Я знаю, почему вы пришли, Сэри-сан, — начал Сенджу. — Но обсудить нам нужно не только это.
— Ну разумеется…
— Говорить буду я, — перебил ее Тобирама. — Я предупреждал тебя, Тэнджи, чтобы ты не ходил ни к кому и оставил попытки найти Шион. Теперь выйди вон из кабинета, я с тобой позже разберусь.
