— Да. Какая-то непонятная усталость. Спать не хочу.
Встречаются руки. Легкие пожатия. Сталкиваемся лбами. Смеемся. Отодвигаемся на безопасное расстояние. Опять приближаемся. Первый поцелуй. Пробный. Легкий, как пушинка.
— Нам это надо?
— Посмотрим. Будет не надо — не будет. Прости за тавтологию.
— Сережка…
— Димка…
Через час мы резко встаем и закуриваем. Оба. Сразу. Сигареты истлевают в три минуты.
— Димка…
— Сережка…
— Что?
— Что?.. Что могут делать два гея в одной постели?
— Что?
— Спааааааать! — смеется он. — Просто спать.
Засыпаем. Утро. Мы лежим, обнявшись.
— Ой…
— Вот и ой…
Днем мы славно погуляли по городу. Я не люблю Москву. Но я видел мегаполис не своими глазами. Глазами Димы. Его любимые места. Кафе, где он часто обедает. Парк, где он выгуливает собаку. Рынок.
— Димка, я не люблю Москву. Почему я начинаю ей восхищаться?
— Потому что здесь живу я, — делает он предположение. — Нескромно, да?
— Зато правда.
Вечер. Разлука. Поезд уезжает. Со мной. Димка машет мне рукой с перрона. Я не верю, что что-то было. Увожу в кармане очередную боль, не подозревая, что встречу в своем купе мальчишку, которого приметил еще там, на вокзале.
Тебя я заметил сразу, еще на пути к своему вагону. В руках — сигарета и пиво. Я остановился, достал паспорт с билетом, показал проводнице и отошел в сторону: докурить, проститься с Димкой и украдкой посмотреть. На тебя.
Красавчик. Солнышко. Лапочка… Откуда же ты родом? Лицо — знакомое… Нет, впрочем. Я прекрасно знаю, где ты живешь — там у тебя вечная прописка: в моих мечтах.
У каждого человека есть свои причуды в выборе партнеров. У кого-то, традиционно, красота. Другим подавай интеллект. А я в первую очередь обращаю внимание на руки. Много позднее поднимаю взгляд на лицо, осматриваю фигуру и стиль одежды. Но всегда руки — это необходимое условие. Зная эту черту за собой, я жутко испугался и просто заставил себя не смотреть.
Поезд легонько тряхнуло и мы отравились в путь. Первая сигарета — еще в городе, который убегает за окном прокуренного тамбура. Машу рукой Диме и возвращаюсь в купе. Неизменный чай. И — снова сигарета. Ватрушка, опять же — с чаем. После такого нехитрого ужина потянуло в сон.
Сон в поезде очень отличается от обычного — в привычной домашней обстановке, в уютной постельке. Он прерывист и необычен, полон переживаний, сомнений и истин, завораживающе недолог и бесконечен. Я несколько раз просыпался. Ходил курить, слушал музыку, посматривал на незнакомца и завидовал его сну — крепкому и невинному… Он был настолько беззащитен и мягок во сне, что я решил подойти к нему во время перекура, но точно знал, что этого не сделаю…
Кого же я хочу обмануть? Себя? Не получится… Уже завтра, вернувшись в спокойно-размеренные будни, я и думать забуду про этого мальчика, хотя сейчас — почти влюблен. Эх, Сережка, Сережка… Когда же закончится этот поиск? Неужели именно он стал твоей целью, а не та Находка, к которой я стремился?
Вечно гонимые поезда дают мне надежду, что желанная встреча все-таки состоится и когда-нибудь закончится длинная череда мальчиков-однодневок… Только бы не поздно это было!
Вот и моя станция. Я вышел из поезда, которому еще ехать и ехать… Дождался, пока он тронется, и грустно глядел ему вслед, неловко смахивая слезы, а потом — развернулся и пошел прочь от вокзала.
Спасибо тебе, незнакомый! От мечтателя, ищущего любовь. Я не слышал твоего голоса. Я не стал смотреть на твои руки. Я… просто семь часов своей жизни посвятил тебе. Счастья и удачи в дорогах…
В ящик валятся письма. Иногда — пачками, по десятку, все нужно перечитать и отправить ответы. Кому-то достанутся записки типа «Все в порядке, не болею, как ты?». Или я отправлю большое и доброе письмо. Или откомментирую улыбками и междометиями.
Но попадаются письма-произведения искусства., письма-боль, письма-радость. Они, как и все хорошее, редки, мимо них трудно пройти. И когда получаешь шедевр по почте, первым делом хочется его читать, зачитывать до дыр… Но, к сожалению, в виртуальном письме нельзя наделать дыр. И поэтому предпочтительно создать подобный, хотя бы чуть-чуть, шедеврик, ответить так, как никому и никогда не отвечал.
Очень часто приходят письма от одиночек. Одинокие письма, так их можно назвать. Их тоже нельзя оставлять без ответа. Вот и не оставляю никогда…
… Привет, Сережа!
Пишет тебе еще не знакомый человек. Меня зовут Слава. Есть, конечно, и прозвища, но это к делу не относится. Меня удивляет твоя смелость: разместить объявление, получать письма… Ты их, наверное, столько много получил! Мое будет слегка несвоевременным (судя по дате объявления)… Но я все равно буду надеяться на ответ.
Сумбурно как-то получается. Я попытаюсь объяснить, почему я решил тебе написать. Я в этом городе, несмотря на обилие друзей и знакомых, родных и близких, одинок. Бывает так, к сожалению. И дело даже не в ориентации (хотя и в ней тоже дело), дело в том, что я осознаю, слишком четко осознаю, что не буду принят ни на работе, ни дома, ни в кругу своих друзей.
