Во-первых, она сразу же остановилась, взглянула на недовольных слизеринцев, напряглась и сказала Нотту, что ужинать будет только за столом Гриффиндора, если он хотя бы капельку заботится о ее ментальном здоровье. А во-вторых, она хочет познакомиться с его отцом и точка. Уж очень ее напрягало это спокойствие Нотта по поводу того, что он встречается с безродной девушкой, хотелось узнать мнение его отца и убедиться во всем самостоятельно.
На что Тео отреагировал, по ее мнению, слишком уж обиженно — на отказ сидеть со слизеринцами, а потом очень возбужденно — когда узнал о желании Гермионы по поводу Нотта-старшего, но спустя пару минут спокойного созерцания парящих над их головами свечей успокоился, задумчиво разглядывая гриффиндорцев и повел в сторону ее друзей.
Тео, сжав зубы и преодолев своих внутренних тараканов, уселся рядом с ней на скамейку львов, и приподнял брови, усмехаясь. Если его малышка так сильно не хотела сидеть с его друзьями, то он будет сидеть с ней хотя бы раз в день. Ничего, ее храбрецы-гриффиндорцы должны выдержать его присутствие с ней, а лучше всего — привыкнуть.
Потому что теперь Нотт будет следить за ней с особой тщательностью.
— Что? — он улыбнулся, поправляя галстук. — Я хочу сидеть рядом с тобой, малышка.
Затем он снова улыбнулся Гермионе и щелкнул пальцами. Перед ними тут же появилась эльфийка Хоупи с небольшими тарелочками, которые она аккуратно поставила перед Гермионой под ошарашенные взгляды других гриффиндорцев. Рыба на пару с овощами, йогурт с нарезкой из фруктов и медом в сотах, и кусочек морковного торта.
— Я буду следить за твоим питанием, — сказал он так просто, будто рассказывал о домашнем задании. — Хоупи с радостью будет готовить для тебя и очень обидится, если ты не будешь есть ее еду.
Гермиона посмотрела на довольную Хоупи, которая важно кивала головой на каждое слово Тео, сложив маленькие ручки на груди.
— Мисс Гермиона должна хорошо есть, чтобы быть самой красивой и сильной! — пропищала Хоупи.
— Ты же не хочешь расстраивать ее? — Тео надавил на больное — на ее любовь к домашним эльфам.
Гермиона нежно улыбнулась эльфийке, погладив ее по плечику.
— Конечно, я все съем, — кивнула девушка, — большое спасибо за ужин, Хоупи. Мне очень приятно.
Гермиона потянулась к кувшину с соком, но случайно задела и пролила уже налитый стакан Рона. Гриффиндорец дернулся, но ничего не сказал, молча наливая себе новый стакан и ей.
Она облизнула ладонь, покрытую тыквенным соком и скривилась от своей тупости — дурная привычка, приобретенная ей во время жизни в палатке, где манеры были последним делом, но сейчас она же за столом. Нотт дернул бровью, но ничего на это не сказал, скорее всего, в голове уже отправляя ее на курсы чистокровных манер или куда они там отправляют своих отпрысков?
— Как ты заставил домовика готовить для тебя? — Уизли сделал глоток и с жадностью смотрел на кусочек его любимого торта.
Он наклонился ближе, будто бы хотел его забрать у Гермионы.
— Я не заставлял, — Нотт скривился. — Это моя Хоупи, которая временно работает на Хогвартс, она всегда будет помогать мне или Гермионе, — он придвинул тарелочку с тортиком ближе к Грейнджер, — и прекрати пускать слюну на чужое, Рон Уизли. И я не только о торте, — он внимательно посмотрел в глаза рыжего. — А то я могу совершенно случайно выпустить парочку пауков из своих рук.
— Заткнись, Нотт, — Уизли отвернулся и уткнулся в свою тарелку, кинув напоследок неприятный взгляд на Гермиону, хотя пять минут назад сидел и уговаривал ее ему помочь. — Гермиона, ты можешь мне помочь с травологией после ужина?
«Что за бред вообще? Почему он такой противный?» — у Гермионы дернулся глаз.
— Эмм, хорошо, — она скрыла печаль в голосе, — встретимся в библиотеке позже, — она посмотрела на него, затем на Нотта. — Но у тебя же отработка сейчас?
— Нотт пропустил в прошлый раз, поэтому сегодня меня освободили за блестящее поведение, — усмехнулся рыжий.
— Твое блестящее поведение это рыдать над пауками? Шикарно, ничего не скажешь, — Нотт оскалился, придвигаясь к нему ближе. — Будешь ебать ей мозги, будешь ее расстраивать, будешь что-то лишнее говорить, заставишь ее плакать, пока меня не будет рядом, а я узнаю, если ты что-то сделал, тебе будет очень несладко, Уизел. Verstanden?
Рон покраснел, покрываясь алыми пятнами даже на шее.
— Ты мне угрожаешь, ублюдок?
— Предупреждаю, — улыбнулся, как ангел.
— И что ты в нем только нашла, еще и разговаривает на не нашем, — пропыхтел себе под нос и поднялся, — ну так, встретимся в библиотеке? — он с надеждой посмотрел на Грейнджер.
— Да, я приду попозже, мне нужно еще зайти кое-куда.
Уизли кивнул и улыбнулся, поднимаясь из-за стола, но улыбка его спала, как только он снова взглянул на Нотта. Гермионе было все равно на гнев бывшего друга, она поняла, что не добьется от него извинений за его поведение и поэтому переключила внимание на стол.
